– Бедный Саул! – сказал я.

– Наконец я поняла, что он безнадежен. И перенесла внимание на тебя.

– Но как только мы отбыли с Хигби-5, ты снова принялась охотиться на Саула.

– Только, чтобы заставить тебя ревновать, – ответила Яна. – И отомстить за твои шашни с Келли.

– Но я же не…

– Со стороны это выглядело иначе.

– В глазах злого все вещи злы. Старая… -…поговорка парадоксиалистов. Знаю, – кивнула она. – Ты давным-давно мог объяснить, что у тебя с Келли совсем ничего не было, и спасти меня от двух недель альбомов с марками.

– Но я же не знал, что ты из-за этого обозлилась. Ты бы хоть сказала.

– Ну да, чтобы выглядеть ревнивой кошкой.

– Но…

– Но…

– Если бы ты сказал…

– Если бы ты сказала…

– Чертов олух!

– Кошка беспозвоночная! -! -!!

Разговор был прерван взрывом согласного хохота. Я кинул в нее снежком. Она запустила в меня двумя. Мы наперегонки побежали к кораблю.

Крышка люка захлопнулась за нами, и мы поспешили снять шлемы…

Почему женщины ведут себя так, Лори?

Почему они не могут просто прийти и рассказать о том, что их беспокоит? Если бы Яна не навоображала себе всяких глупостей о моих с Келли отношениях и не возобновила охоту на Саула, чтобы отомстить мне за мои вымышленные грехи, мы бы не потратили столько времени впустую, не мучали бы друг друга все эти недели.

Иногда мне кажется, что каламориане не так уж плохо устроились. Когда в твоем теле два пола и всего один мозг, нет проблем с пониманием. Если у Стин Стин когда-нибудь возникнут недоразумения на любовной почве, ей-ему некого будет винить, кроме самого (самой) себя. Я хочу сказать… Ну, ты поняла.

20 ДЕКАБРЯ

В нашем списке двадцать один астероид. После обеда отправляемся на поиски сейфа.

12. СЧАСТЛИВОГО РОЖДЕСТВА! В ПОЯСЕ АСТЕРОИДОВ

Если тебе когда-нибудь доводилось видеть один пояс астероидов, считай, что ты видела все. Тот, в котором мы сейчас находимся, ничем не отличается от своего собрата из Солнечной системы: тысячи обломков планеты, движущихся по лабиринту орбит. Большая часть – просто осколки породы неправильной формы, парочка километров в диаметре или того меньше. (Мы тут случайно наткнулись на один, который выглядел точь-в-точь, как срезанная вершина горы. Возможно, так оно и было.) Но сейф мы ищем не на таких малютках, а на вполне приличных небольших планетках от ста до ста восьмидесяти километров в диаметре. Сила тяжести, действующая на камешках такого размера, стирает все особо торчащие углы, и астероид со временем принимает форму шара, как и подобает приличному небесному телу.

Мы уже обследовали девять астероидов, а в списке их двадцать один.

Безуспешно.

Работаем так. Сначала наш планетолет ложится на круговую орбиту поближе к астероиду и мы пускаем в ход эхолот, чтобы определить, есть ли здесь близкие к поверхности пустоты. Наши инструменты достаточно чувствительны, чтобы засечь ту небольшую пещеру, которую миллиард лет назад выдолбили Высшие. Если приборы хоть что-нибудь показывают, двое из нас спускаются в корабельных шлюпках посмотреть, что там такое.

Большинство астероидов (они когда-то были частью единой планеты) состоят из сплошного камня – никаких подземных пустот нужного размера или расположения. Как ты помнишь, Высшие вырезали свой сейф в склоне холма. И поскольку на этих астероидах и малых планетах нет никакой атмосферы, а значит, и эрозии, нет ни вулканов, ни землетрясений (какая же может быть тектоническая деятельность на камешках такого размера?), этот холм должен стоять там же, где стоял, и выглядеть почти так же, как миллиард лет назад.