— А моя бабушка часто ее использовала.

И где теперь твоя бабушка?

Она не сказала этого, не вслух. Она подумала: вот уж от чего боже упаси, вечер самодеятельности, Диану таскают туда и сюда и озадачивают тысячей крутящихся бокалов для вина. Молоденькие девчонки в зале вертелись и подпрыгивали на своих местах, не зная, что такое планшетка, — современное поколение, они не ждали ответа, они визжали, свистели и кричали.

— Это всего лишь старая настольная игра, — объяснила она. — Профессионалы планшеткой не пользуются. Ты раскладываешь буквы, стакан крутится и по буквам собирает слова. Ну, имена, знаете, или фразы, которые, как вам кажется, что-то значат.

— Я слышала, это может быть довольно опасно, — сказала женщина. — Баловаться с этой штукой.

— О да, баловаться, — согласилась Эл. Ее веселило, что клиенты используют это слово в качестве технического термина. — Да, вы же не хотите баловаться. Потому что стоит задуматься, кто может захотеть пообщаться с вами. Некоторые духи, я не хочу показаться невежливой, но они находятся на крайне низком уровне. Они шляются по миру, потому что им больше нечего делать. Они как трущобные дети, которые околачиваются у припаркованных машин, — никогда не знаешь, то ли они хотят взломать и угнать тачку, то ли спустить шины и поцарапать краску. Но зачем выяснять? Просто не следует ездить в трущобы! Вы же не стали бы приглашать этих детишек к себе домой? А ведь именно это вы делаете, когда балуетесь с планшеткой.

Она посмотрела на свои руки. Везучие опалы были непрозрачными, запотевшими, словно сочились влагой. Есть вещи, которые надо знать о мертвых, хотела она сказать. Вещи, которые вы просто обязаны знать. Например, не стоит включать их в списки борцов за любое правое дело, пришедшее вам на ум, — мир во всем мире или вроде того. Потому что они устроят бардак, да и только. Они ненадежны. Они подставят вас. Они не становятся порядочными только из-за того, что умерли. Люди правильно делают, что боятся привидений. Если человек был плохим при жизни, жестоким и злым, нет никаких оснований полагать, что после смерти он стал лучше.

Но она никогда этого не скажет. Никогда. Никогда не говори «смерть», если можешь этого избежать. И несмотря на то, что зрителей нужно напугать, несмотря на то, что они это заслужили, она никогда, общаясь с клиентами, ни словом, ни взглядом не намекнет на истинную природу мира за черной пеленой.

Около пяти, когда мероприятие подошло к концу и они, взяв сумки, спускались на лифте, Колетт воскликнула:

— Ну и ну!

— Что — ну и ну?

— Да твоя выходка за завтраком. Но об этом лучше не говорить.

Эл покосилась на нее. Теперь, когда они остались одни, а впереди — дорога домой, Колетт определенно выскажет все, что думает.

Когда они сдавали ключ портье, за спиной возникла Мэнди.

— Эл, все нормально? Тебе лучше?

— Будет лучше, Мэнди. Да, послушай, мне правда стыдно за поведение Морриса прошлой ночью…

— Забудь. Со всеми случается.

— Помнишь, что Кара сказала насчет безоговорочной любви? Думаю, она права. Но любить Морриса непросто.

— Не думаю, что, попытавшись полюбить его, ты чего-то добьешься. Просто надо умнее вести себя с ним. Полагаю, на горизонте никого нового?

— Я, по крайней мере, не вижу.

— Как раз в нашем возрасте иногда получаешь второй шанс — ну, сама знаешь, как это бывает с мужчинами, они бросают тебя ради молоденькой модельки. Так вот, я знавала пару медиумов, которые искренне сокрушались, расставаясь со своими проводниками, но для других, поверь мне, это божий дар — ты начнешь новую жизнь, с новым проводником, и не успеешь оглянуться, как дела пойдут в гору, а ты почувствуешь себя на двадцать лет моложе.