|
От нее ничего нельзя отсечь. И нечем. Вы убеждаете человека в том, что он страдает понапрасну. Ищете корни его страданий, загоняете боль глубоко внутрь. Но тем самым только продляете его страдания. А зачем?
— Это вопрос философский. Хотите начать дискуссию?
— Нет. Не хочу. У меня времени на это нет.
— Жаль. Что же вы тогда хотите обсудить?
— Насчет ее сестры. Мне необходимо медицинское заключение. Чтобы подшить его к делу.
— Хорошо. Вы его получите. И… уезжайте отсюда.
— А кто ты такой, чтобы мне…
Дверь кабинета распахнулась, на пороге появилась Валерия. Внимательно посмотрела на обоих и сразу все поняла. «А вот и подерутся!» — подмигнула веселому чертику. Подошла и протянула следователю Жукову написанное заявление:
— Олег Максимович, вот то, что вы просили. Саша, можно ехать. Надо сказать Анатолию Борисовичу, что кабинет освободился.
И поскольку оба по-прежнему напряженно молчали, спросила:
— Так и будем стоять?
Все трое направились к выходу. На крыльце она задержалась. Туча дошла, наконец, и сюда. Хлынул дождь. Валерия вспомнила, что забыла зонт в машине. Сделала шаг вперед и невольно поежилась, когда холодные капли упали за шиворот. Отступила со словами:
— У меня зонт в машине. Не хочется промокнуть.
— Я сейчас принесу, — вызвался Саша.
Следователь Жуков не шелохнулся. Когда врач под проливным дождем побежал к машине, неприятно усмехнулся:
— Что он еще в состоянии для тебя сделать? Подпрыгнуть повыше и достать Луну с неба?
— Олег!
— Он еще будет учить меня, как надо любить!
— Ты все ему сказал…
— Он сам догадался. Это к лучшему. Я не хочу видеть его рядом с тобой. Это понятно?
— Какой ты…
— Это тебе понятно?!
— Позвони мне завтра. Днем. Он будет на работе.
— Смешно получается! Теперь я нахожусь в том же положении, в каком все эти годы находилась ты. Муж на работе, и любовник спешит на свидание. Может, мне и в окно придется прыгать? А не поздновато ли? Я все-таки не мальчик!
— Побудешь на моем месте, многое поймешь, — сказала она скороговоркой.
Саша, прихватив зонт, бежал от машины.
С крыльца Валерия и Саша спустились вместе, под одним зонтом, Жуков шел сзади, не обращая внимания на проливной дождь. В машине уселся на заднее сиденье. Когда проехали десять километров, обронил:
— Сейчас будет развилка. Коттеджный поселок. Остановите здесь.
— Что? — невольно вздрогнула Валерия. В этом поселке сбили Соню, и началась вся эта история.
— У меня здесь дело.
Дело! Да его же могут увидеть! И что тогда? Неужели хочет сделать ей назло? Глупец! Но как сказать ему об этом при Саше?
— Может быть, к нам в гости? Вам надо обсохнуть.
— Здесь и обсохну. Не переживайте вы так, Валерия Алексеевна.
Она ничего не могла с этим поделать. Следователю Жукову отдавать приказы невозможно. И навязать свою волю тоже. Притормозила у развилки, посмотрела, как он быстрым шагом направился к тому самому дому. Сидела, кусала губы. Лил дождь.
— Лера? Мы поедем?
— Да-да.
Тоска, зародившаяся внутри, теперь дала о себе знать и, мягко перевернувшись, толкнула ножкой прямо под сердце. Перед глазами все поплыло. Лера глубоко вздохнула, ей не хватило воздуха. Нельзя постоянно находиться в таком напряжении. Но она уже не знала, как будут развиваться события. А впереди ждал самый большой сюрприз.
ТУФЕЛЬКА
Валерия все еще была подавлена, когда приехала домой и попыталась приготовить ужин. |