Изменить размер шрифта - +
От нее ничего нельзя отсечь. И нечем. Вы убеждаете человека в том, что он страдает понапрасну. Ищете корни его страданий, загоняете боль глубоко внутрь. Но тем самым только продляете его страдания. А зачем?

— Это вопрос философский. Хотите начать дискуссию?

— Нет. Не хочу. У меня времени на это нет.

— Жаль. Что же вы тогда хотите обсудить?

— Насчет ее сестры. Мне необходимо медицинское заключение. Чтобы подшить его к делу.

— Хорошо. Вы его получите. И… уезжайте отсюда.

— А кто ты такой, чтобы мне…

Дверь кабинета распахнулась, на пороге появилась Валерия. Внимательно посмотрела на обоих и сразу все поняла. «А вот и подерутся!» — подмигнула веселому чертику. Подошла и протянула следователю Жукову написанное заявление:

— Олег Максимович, вот то, что вы просили. Саша, можно ехать. Надо сказать Анатолию Борисовичу, что кабинет освободился.

И поскольку оба по-прежнему напряженно молчали, спросила:

— Так и будем стоять?

Все трое направились к выходу. На крыльце она задержалась. Туча дошла, наконец, и сюда. Хлынул дождь. Валерия вспомнила, что забыла зонт в машине. Сделала шаг вперед и невольно поежилась, когда холодные капли упали за шиворот. Отступила со словами:

— У меня зонт в машине. Не хочется промокнуть.

— Я сейчас принесу, — вызвался Саша.

Следователь Жуков не шелохнулся. Когда врач под проливным дождем побежал к машине, неприятно усмехнулся:

— Что он еще в состоянии для тебя сделать? Подпрыгнуть повыше и достать Луну с неба?

— Олег!

— Он еще будет учить меня, как надо любить!

— Ты все ему сказал…

— Он сам догадался. Это к лучшему. Я не хочу видеть его рядом с тобой. Это понятно?

— Какой ты…

— Это тебе понятно?!

— Позвони мне завтра. Днем. Он будет на работе.

— Смешно получается! Теперь я нахожусь в том же положении, в каком все эти годы находилась ты. Муж на работе, и любовник спешит на свидание. Может, мне и в окно придется прыгать? А не поздновато ли? Я все-таки не мальчик!

— Побудешь на моем месте, многое поймешь, — сказала она скороговоркой.

Саша, прихватив зонт, бежал от машины.

С крыльца Валерия и Саша спустились вместе, под одним зонтом, Жуков шел сзади, не обращая внимания на проливной дождь. В машине уселся на заднее сиденье. Когда проехали десять километров, обронил:

— Сейчас будет развилка. Коттеджный поселок. Остановите здесь.

— Что? — невольно вздрогнула Валерия. В этом поселке сбили Соню, и началась вся эта история.

— У меня здесь дело.

Дело! Да его же могут увидеть! И что тогда? Неужели хочет сделать ей назло? Глупец! Но как сказать ему об этом при Саше?

— Может быть, к нам в гости? Вам надо обсохнуть.

— Здесь и обсохну. Не переживайте вы так, Валерия Алексеевна.

Она ничего не могла с этим поделать. Следователю Жукову отдавать приказы невозможно. И навязать свою волю тоже. Притормозила у развилки, посмотрела, как он быстрым шагом направился к тому самому дому. Сидела, кусала губы. Лил дождь.

— Лера? Мы поедем?

— Да-да.

Тоска, зародившаяся внутри, теперь дала о себе знать и, мягко перевернувшись, толкнула ножкой прямо под сердце. Перед глазами все поплыло. Лера глубоко вздохнула, ей не хватило воздуха. Нельзя постоянно находиться в таком напряжении. Но она уже не знала, как будут развиваться события. А впереди ждал самый большой сюрприз.

 

 

ТУФЕЛЬКА

 

Валерия все еще была подавлена, когда приехала домой и попыталась приготовить ужин.

Быстрый переход