— Как ее убили?

— Два раза ударили бронзовым подсвечником по голове. А потом…

— Опять эти подсвечники! Просто заклинило на них! Так бывает: какая-то деталь засядет в голове, и мысль упорно возвращается к ней. Словно заезженная пластинка крутится в голове. И вновь крутится…

— Лера, приди в себя. Ты нужна здесь.

— Я не могу сейчас приехать. Мне надо сделать паспорт Соне. Я потеряла два дня. А это не терпит отлагательства.

— И все-таки: где ты была?

— Я же говорю. Стояла на дороге.

— Объявилась девица, которая знает, где находится Соня. Возможно, в каком-нибудь притоне. Дорвалась до наркотиков. Но откуда у нее деньги?

— Я ей оставила сто долларов. Под подушкой. Должно быть, нашла.

— Лера!

— А что ты от меня хочешь? — огрызнулась она. — Я, конечно, не ожидала, что она сбежит. Это не входило в мои планы. Как только сделаю паспорт, приеду. Дня через два.

— Хорошо.

— Встретила сегодня твою жену на улице, — ему показалось, что Валерия тайком усмехнулась.

— И что? — спросил осторожно.

— Обрадовалась. Она мне обрадовалась! Ты представляешь? Думаешь, она про нас ничего не знает? Давно уже знает! А тут радость: я здесь, значит, не с тобой. Мне вдруг ее жалко стало. Впервые за эти пятнадцать лет, что она с тобой мучается. Так жалко!

— Это междугородный звонок, — напомнил он. — Денежки капают в то время как ты душу мне изливаешь. Дорого обходится.

— Ничего. Я заплачу. У меня теперь много денег. А будет еще больше. Я тебе сказала о жене, теперь ты скажи: как там мой доктор?

— Твой доктор мечется из угла в угол в полной панике. Не понимаю, что ты в нем нашла? Он не мужик.

— Зато в тебе этого слишком уж много.

— Жду твоего возвращения, — сухо сказал он. — И не вздумай выкинуть какой-нибудь фортель. Я все-таки надеюсь, что ты с собой справишься. Все. Пока.

Потом он вновь сидел на крыльце и слушал тишину. Сон не шел. Корил себя: ну как мог связаться с этой женщиной? Поддаться на ее уговоры, стать сообщником? Ведь знал же, что неуправляема! Что внутри у нее сидит дьявол, который может успокоиться на время, но никогда не покинет облюбованную им душу. И если теперь удастся выйти сухим из воды, это будет самое настоящее чудо…

…Без пятнадцати девять они с Валентином уже сидели на лавочке в сквере и ждали девушку, назначившую свидание. Естественно, нервничали, потому что звонков больше не поступало. И Соня не объявлялась. Когда прошло полчаса, Валентин не выдержал:

— Похоже, кинула.

— Не спеши.

— Я тебе говорю.

— Такие особы не отличаются пунктуальностью. Посмотри-ка налево у палатки.

Она стояла у палатки с надписью «Мороженное» и неуверенно озиралась по сторонам. Неопрятная девица лет двадцати, волосы выбелены перекисью водорода, но давно уже отросли — и вся макушка черная. Одета в старые джинсы и бесформенный свитер, на лице солнцезащитные очки.

— Она, не она? — пожал плечами Валентин. — Может, самим подойти?

Но девица уже направилась в их сторону. Правда, шаги у нее были не слишком уверенные. Подошла, вяло спросила:

— Это вы ищете Соню?

— Да, мы, — кивнули одновременно.

— Деньги принесли?

Следователь Жуков достал заранее приготовленный конверт. Девица схватила его жадно, открыла, достала деньги и начала пересчитывать.