говорит Джонс.

Встаю и вспоминаю свой мобильник, оставленный в машине, в кармашке дверцы. С трудом сдерживая улыбку, напоминаю себе, что если начнешь гордиться собственной смекалкой, тебя тут же и заметут.

Джонс выходит, а я убиваю время на чтение детектива. Как ни странно, в конце выясняется, что инспектор и преступник, которого он выслеживал — один и тот же человек. Интересно, сколько времени ему потребовалось, чтобы это сообразить. Я вот лично догадался куда быстрее.

Чуть погодя слышу, как хлопает дверь номера; до меня доносятся обрывки разговора. Потом в мою дверь стучат.

Когда я выхожу, Бреннан раздает одноразовые тарелки. От запаха жира у меня текут слюнки. Мне-то казалось, что я не голоден, но внезапно появляется зверский аппетит.

А горчица у нас есть? — Спрашиваю я, и Джонс пододвигает ко мне пару пакетиков.

Пока мы едим, Юликова кладет на стол карту. Место на открытом воздухе, парк. — Как я уже сказала в машине, план у нас весьма простой. Постараемся избежать осложнений. Если бы мы не были уверены, Кассель, то не позволили бы тебе участвовать в операции. Мы понимаем, что у тебя недостаточно опыта.

Губернатор Паттон устраивает пресс-конференцию на месте бывшего концлагеря для мастеров. Он постарается представить вторую поправку так, будто она предназначена для помощи мастерам, но и при этом намекнуть всем собравшимся, что нужно бояться.

Юликова достает из кармана ручку и ставит крестик на поляне. — Ты все время будешь находиться здесь, в автоприцепе. Единственная опасность, которая тебе может угрожать — это скука.

Улыбаюсь и откусываю еще кусочек курицы. Попадается жгучий перец, и я стараюсь не обращать внимания на то, что во рту все горит.

Вот здесь возведут сцену,

Юликова показывает на карте. — А тут будет стоять автоприцеп, в котором Паттон будет переодеваться. Здесь еще несколько трейлеров для его свиты. Мы ухитрились занять один из них — нас заверили, что там нам никто не помешает.

Значит, я останусь совсем один.

Юликова улыбается:

Повсюду кругом будут наши люди, переодетые в местных полицейских. Кроме того, несколько наших работают в службе безопасности Паттона. Ты будешь в надежных руках.

Ну, это как бы ясно. Но ясно также, что если я останусь один, а потом выйду и нападу на Паттона, это будет выглядеть так, будто я действую в одиночку. Федералы окажутся вне подозрения.

А как насчет камер видеонаблюдения? — Интересуюсь я.

Агент Бреннан поднимает брови.

На улице их нет,

говорит Юликова,

но нам стоит опасаться камер прессы. — Она ставит синюю точку перед тем местом, где будет находиться сцена. — Репортеры расположатся вот здесь, но вот здесь будут припаркованы фургоны, да и наши автомобили тоже. Если останешься в трейлере, тебя никто не увидит.

Киваю.

Агент Джонс накладывает себе очередную порцию курицы и риса, щедро полив все это соусом.

Губернатор Паттон выступит с краткой речью, а потом ответит на вопросы журналистов,

продолжает Юликова. — Ты проберешься в трейлер и будешь сидеть там до тех пор, пока Паттон не покинет сцену. Мы установили монитор, так что ты сможешь смотреть местные новости. Выступление Паттона будет транслироваться в прямом эфире.

А чему посвящена речь?

Юликова потихоньку кашляет. — Сенатор Рэбёрн напал на Паттона в прессе. Губернатор хочет направить диалог в иное русло — и завоевать доверие остальных жителей страны. Если вторая поправка пройдет в штате Нью-Джерси, то и другие штаты начнут разрабатывать схожие законы.

Ладно, значит, жду, пока Паттон не сойдет со сцены.