— Судя по всему, он уже счастлив, — проворчал Обакс Закайо, швыряя Ваанеса на землю.

— Но думаю, что сегодня его везение закончится, — сказал Сабатиер гортанно, водружая голову на плечи и придерживая ее рукой.

Как будто отзываясь на его голос, стены арочного помещения заколыхались в такт доносящимся стонам и далекому стуку огромного сердца. Большая железная клетка призывно распахнула дверь, и Железные Воины загнали пленников в нее, подталкивая стволами болтеров.

Когда пленники вместе с сопровождающими оказались на своеобразной платформе, Сабатиер потянулся к рычагу желто-черного цвета с символикой Хаоса и с видимым усилием запер клетку. Когда дверь с металлическим клацаньем закрылась, наверху заработал старинный блок, и клетка медленно пошла вниз.

Уриэль перевел глаза на закопченный пол клетки. Сквозь ячейки виднелась мерцающая в дымке шахта, обшитая промасленными листами железа. Дна не было видно, и Уриэль понимал, что эта шахта не выходит за пределы башни. А то, что такие размеры совершенно не укладывались в его представления о нормальной пространственной геометрии, больше не удивляло его. Капитан давно понял, что в этом мире действуют совсем другие законы.

Они спускались все ниже и ниже, и, казалось, их путешествие никогда не закончится. Ваанес сумел пробраться поближе к Уриэлю. Клетка к этому времени так разогналась, что, задевая краями об обшитые железом стены шахты, уже не лязгала, а визжала.

— Нам надо побыстрее отсюда выбираться. Что-то мне не хочется знакомиться с Мортициями, — озабоченно сказал Ваанес.

— Да мне тоже, — признался Уриэль. — Учитывая, что это беспокоит даже Железных Воинов, нам уж точно не сулит ничего хорошего.

— Возможно, твой сержант с самовосстанавливающейся рукой сможет расчистить дорогу. Черт побери, где же он ее достал?

— Я бы сам хотел знать,- задумчиво сказал Уриэль.

В это время клетка начала тормозить, приближаясь к платформе. Сабатиер отпер дверь, и Железные Воины выкинули Космодесантников и гвардейцев из клетки в туннель, прорубленный в скале, в конце которого виднелись пульсирующие красные отблески. Ушей достигли хор диких криков живых существ, свист, бренчание и шипение неведомых механизмов. Но все эти звуки не могли заглушить неумолчный громоподобный стук огромного сердца. Красный жар и жуткая какофония становились сильнее и сильнее по мере приближения к огромной пещере.

— О нет… — в ужасе выдохнул Уриэль, когда своими глазами увидел, что собой представляет зал Мортициев.

— Какого черта… — прошептал Ваанес, лицо которого было бледным даже в дьявольском красном свете.

Дальний конец зала терялся из виду, ребристые своды вздымались на невообразимую высоту. Толстые кабели и трубы, проложенные вдоль стен, поднимались к потолку; капли конденсата и других подозрительных жидкостей падали на липкий каменный пол. Многоуровневые клетки, похожие на те, что Уриэль видел в лагере смерти в горах, громоздились вдоль стен. К каждой тянулось несколько труб от висящих под потолком переполненных пузырей.

Когда капитана силой втолкнули в эту пещеру, он неожиданно почувствовал давление на свои чувства восприятия. Это было похоже на то, как если бы ему вкололи очень сильное болеутоляющее. Цвета, запахи — все просачивалось словно через вату.

Привлеченные шумом грузоподъемника, к платформе потянулись существа в черных облачениях. Они преградили отряду дорогу, пресекая любые попытки продолжить путь. Некоторые из них пришли на паучьих ногах, другие — на странных ходульных конструкциях, третьи приехали на шипованных гусеницах. Их конечности представляли собой манипуляторы с обилием лезвий, скоб, пил для костей и дрелей. Ни одно из этих созданий не было похоже на другое, тело каждого было испещрено множеством шрамов.