Куда-то перевозить их на телегах по жаркому светилу нельзя по местным поверьям, поэтому они лягут в землю около места своих страданий. Можно потом будет рудник сделать последней точкой для первых путешественников и устроить там что-то вроде обелиска. Обелиска павшим борцам за свободу Черноземья, хотя они на самом деле ковали в рудниках все для победы дела Магов.

Как те же французы и чехи с удовольствием и постоянным перевыполнением плана работали на Гитлера и всю его нацистскую машину уничтожения, а теперь считаются тоже борцами с нацизмом, вполне уважаемыми людьми.

Хорошо, что выживших рабов, еще раз подлеченных моей маной, лично мне со своим отрядом не придется забирать с собой. После мытья в пруду, завтрака и снова моего лечения бывшие рабы стали выглядеть немного получше, особенно в умственном развитии, все же мозги я им заметно поправил. Теперь хоть как-то понимают слова, но все равно больше ориентируются на приказную интонацию в голосе.

То есть ими можно командовать, а вот разговаривать доверительно пока совсем никак, тем более, что свои имена они тоже давно забыли. Только на клички реагируют еще как-то.

Палантиры я теперь старательно подзаряжаю, выставляя на третьем этаже Башни пост из своей охраны во время этого творческого процесса.

Идти бывшие рабы все равно никуда не могут, громоздкие телеги для руды слишком затормозят наш путь, поэтому всех бывших рабов я оставляю здесь приходить в себе под присмотром Генса.

Честно говоря, с очень большим удовольствием, ведь хлопот с бывшими людьми очень-очень много и явно не хватает для этого пленной обслуги Башен.

С ним остается большая часть гвардейцев, около сорока воинов и четыре Охотника для ведения разведки в округе и связи с поисковыми группами.

Со мной уходят тридцать гвардейцев и осьмица Охотников.

Генсу придется дождаться ушедших в пустоши разведчиков, еще посыльного от второй части отряда и организовать полную помывку, пострижку и приведение в человеческий вид спасенных рабов.

Дело это не простое, воды пленники бояться так же, как и Крысы, так что с ними хлопот еще немало окажется.

Мы же быстро шагаем вперед по немного расчищенной дороге, у нас при себе только запас еды на пару дней и личное оружие. Часть несет одна из наших лошадей, еще трофейную палатку на ней перевозим. Или найдем беглецов и на их припасах прокормимся, или дойдем до осажденной Башни за пару дней.

Наверно, что осажденной.

Я с одной стороны доволен, что вышел из-под незримого присмотра Генса и теперь вообще не несу ответственности за результаты разведки в пустошах. Он сам решил взвалить на свои широкие плечи это неблагодарное дело, а я только приветствую его решительность. Как у них это дело получится — уже не мои проблемы, слава богу.

Генс настоял поднять этот вопрос, я очень толерантно по местным понятиям дал высказаться всем младшим командирам, итог обсуждения закономерен — искать и ловить.

Найти и сурово наказать, чтобы больше неповадно было из людей человекоподобных животных делать.

А ведь затея эта вполне может и нехорошо закончиться. Подстерегут такой разведывательный отряд Крысы под прикрытием Мага, легко могут всех воинов перебить. Для него это будет совсем несложно — поставить на своих бойцов настоящий скрыт, чтобы на открытых пространствах пустошей вдруг столкнуться нос к носу с гвардейцами.

Тем более, что Охотники там простые Носильщики, даже не Ученики, не такие уж мастера распутывать следы и чувствовать врагов рядом. Погибнут зазря совсем, как я это предчувствую.

И еще вреда немало доставят, если их возьмут в плен живыми, а потом развяжут языки долгими пытками. Раненых и истекающих кровью Маг может вылечить, а потом так же исцелять сколько угодно времени, пока огонь не развяжет языки пленникам.

Узнают Маги про наш поход и мою личную силу не то, чтобы слишком много, но очень подробно пленника или пленников расспросят обо всем, что он или они видели во время похода.