— Ну, эти-то тебя знают. И лесорубы помнят, как им лещей отвешивал, и купцы понимают, кто мой мужчина. Из Астрии много всякой швали понаехало, вот там такие плохо понимающие уроды часто попадаются.

— А что, их к Мортенсу пускают разве? — удивляюсь я странным делам, творящимся в городе. — Там же приличное место.

— Да они такие сплоченные, толпой ходят и его уже припугнули похоже. Он двух охранников нанял, но они не справляются.

— А что же Стража? — опять я удивлен.

— Стража не лезет, кажется, что нашли общий язык уголовные рожи с ними, — снова удивляет меня подруга. — Рассказали мне знакомые, что на Мортенсе лица нет.

— Ага, а тебя срочно зовут туда, чтобы я всем рога посшибал? — догадываюсь я.

— Ну, я очень хорошо умею петь. Но и поэтому тоже, — смеется подруга.

Вот оно до чего довело — полное разложение правящей верхушки. Потому что они себе ни в чем не отказывают, все это видят, кому положено и сами начинают сдавать город бежавшим из Астрии уголовникам и прочим нехорошим людям.

Или просто намекают Мортенсу, все еще живому хозяину трактира, что нужно денег засылать за охрану хорошо приносящего бизнеса стабильно каждую осьмицу. Деньги будут собирать рядовые стражники, они уже передадут монету за охрану по цепочке наверх. Наверно и лихих людишек для этого сами подпрягли, чтобы хозяев трактиров и лавок запугивать и мзду получать со всех постоянно.

Наверно, что с самого верха вся эта гниль идет, еще десять лет назад я это почувствовал, что начальство Стражи те еще бандиты, только в форме, когда они нас с трофеями с Рыжих откровенно и безнадежно кинули.

И даже с Советником первой ступени при Ратуше разговаривать не стали, сплоченная такая банда.

Ну, я тогда был никто и звать никак, никаким влиянием не пользовался в городе, не смотря на свое высокое звание.

Тем более, что это было еще в совсем прошлой жизни.

Это даже лучше, что придется всю структуру со временем разогнать, на них у меня выходов нет, а в городе стражников не так много служит. Всего-то шестьдесят человек в двух сменах, сейчас основной приоритет отдавался пополнению Гвардии, раз она воюет постоянно и очень далеко от города.

Для этого три смены нужно иметь, как для той же Стражи на рудниках. Поэтому гвардейцев все так же около шестисот воинов, а стражников в Асторе шестьдесят и на рудники приходится тоже шестьдесят, в смене по двадцать служивых всего, раз каторжников теперь мало осталось.

Одна смена находится на самих рудниках, вторая в пути туда или обратно, третья в городе отдыхает и в городскую структуру охраны не особенно завязана, всего около восьмидесяти человек в охране правопорядка власть может поднять.

Да я и сам наберу себе в охрану или наем не меньше, так что Стражу я смогу нейтрализовать, тем более можно просто закрыть их в караулках и приставить пару лучников, чтобы даже не пробовали вылезть.

Это если понадобится такое устраивать в Асторе, но я все же надеюсь без особого кровопролития обойтись.

— Да, это уже не вылечить, — говорю я Грите. — Совсем власть прогнила в Асторе.

С этим моя подруга полностью согласна и мечтает всем обидчикам с моей помощью глаза кое-куда натянуть.

— Милая, с этим не спешим. Мне нужно самому в Совет Капитанов войти и там немного разобраться с местными центрами силы. Кто, с кем, против кого дружат?

— И сколько времени тебе на это нужно? — быстро надувает губы все так же, как и раньше, недовольная Грита.

— Сколько нужно времени и еще немного больше. Такие дела за один день не делаются. Завтра поговорим на обеде в «Лисе», там ясно будет.

После дневного отдыха я выдал несколько тайлеров Грите, она тут же вместе с сыном улетела с парой охранников в Купеческий двор, как теперь называется мой подарок городу.