Потом как всегда вкусный завтрак на кухне у Клои, и я провожаю Трона до работы, рассказываю ему по дороге, что скоро придет Учитель с гвардейцами, приведет караван из восьми лошадей и, кажется, пяти подвод. Еще пару лошадей пригонят потом.

— Есть у меня мысль, что скоро в городе станет плоховато с едой. Нужно бы заняться закупками ее у крестьян на серьезных оборотах прямо сейчас, поэтому нужен опытный возница, умеющий и любящий хорошо торговаться.

— Ольг, так меня же к работе от Ратуши прикрепили официально, — отвечает мне Трон. — Так просто не уйти. А так я бы с большой радостью, мне же такое дело нравится.

— Не переживай, я тебя заберу, давно пора объявить этим жирным крысам, что их время подошло ответить.

— Ну, не знаю даже. Я бы и пошел на подводу, надоело уже в мастерской на эти рожи любоваться, но сам понимаешь, — пожимает плечами Трон.

— Ничего, раз тебе нельзя уйти из мастерской и бумага от Совета на этот счет есть, тогда придется просто забрать мастерские обратно. У меня тоже бумаги есть от Совета, — веселюсь я.

Через два дня, прошедших в хлопотах в хамаме и начале установки модели электрофорной машины Уимсхерта с приводом на лопатки от падающего водяного потока, пролетели мгновенно. Водер значительно упросил агрегат, страшно заинтересованный в обещаемом мной результате, что неведомая сила зажжет два фонаря из толстого бутылочного стекла перед входом в хамам. И это будет совсем не магия.

Но там хлопот с установкой лейденских банок еще хватает, через которые будет идти работа светильников.

Честно говоря, знал бы, что грядет военное поражение города, как по мне, так неминуемое, то точно не стал бы с электротехникой заморачиваться и Водера привлекать. Лучше бы эти немалые средства на закупку продовольствия потратил, однако я все же никак не ждал такой самоубийственной политики от Совета Капитанов.

Хочется просто махнуть рукой и сказать — да е…тесь вы сами, как хотите!

Как совсем прижмет, так приползете на коленях с мольбой о чуде!

Но для этого придется потерять кучу молодых парней из Гвардии и Гильдии, оставить разоренными сотни хуторов и крестьянских хозяйств, дать умереть от голоду тысячам людей.

Пока до всех членов Совета дойдет, что степняки не станут ни о чем договариваться по старой дружбе. Тем более, что там теперь совсем другие вожди у власти, они никаких теплых чувств по отношению к своим старым союзникам не питают.

Что тогда будет твориться в осажденном городе?

Еще за эти пару дней я побывал на всех заседаниях Совета, убедился в открытой фронде со стороны основной его части. Переговорил со старыми Капитанами и точно узнал, что есть конкретное предложение от хозяев моей мастерской насчет исключения меня из Совета.

Якобы за связь с врагами на Севере, ну, то есть просто из пальца высосанными обвинениями.

Даже на Торка давят, чтобы он что-то такое придумал, но тот пока держится нейтрально, хорошо понимая, что такое вранье всерьез разозлит меня и он неминуемо перейдет в стан врагов.

Из пока сильно сомнительных друзей.

Капитаны посочувствовали мне, ведь я всех подлечил хорошо, и намекнули, что лучше отношений уже не будет.

— Эта группа очень сплоченная и влиятельная, Кром пока держится, но все может случиться рано или поздно, — слышу я напоследок.

Ну и хорошо, пришло время применить силу и кое-где нарушить закон и порядок.

Если уж они так хотят нарваться, то я не стану уходить от выяснения отношений, тем более, что нанял еще десяток отставников в охранники, подлечив большинство из них от старых ран.

То есть теперь могу привести с собой пару осьмиц своих людей с оружием и поставить их на охрану возвращаемого законному владельцу имущества.

Война объявлена и тянуть нет смысла. Впечатление от смерти приятелей детства и активное лоббирование мамашей Кройнцев, чтобы нарисовать мне серьезные проблемы — все это копошение не закончится никогда.