— Отвечу тогда на твой вопрос, как ордынцы смогут захватить замки и крепости Сатума. С укреплениями я сам помогу разобраться степнякам. Своей магией или теми же пушками. Которые через год-полтора начнет отливать мой компаньон Водер по моему заказу, — объясняю я Клее.

— Пушками? Что это такое?

Приходится потратить несколько минут, рассказывая про подобное оружие и принципы его использования.

— Ты хочешь передать степнякам настолько страшное оружие? — удивляется Клея. — Чтобы они потом обратили его против тебя и Астора?

— Нет, конечно, только мои люди станут из него стрелять и вообще обслуживать орудия. Без пороха и ядер, всего такого правильно произведенного, пушки ничем не опасны. Просто сам я не смогу объехать все укрепления и замки до единого, все города и крепости. Поэтому придется орудийные команды прикреплять к разным ордам.

Теперь требуется Клее хоть немного рассказать про мои невероятные возможности в деле разрушения укреплений.

— Зато могу за всего одну требинку полностью разрушить ворота или даже крепостную стену в любом месте. Без всякого риска для себя, поэтому первые укрепления мы станем брать именно таким образом, чтобы создать себе максимально защищенный плацдарм из нескольких замков на той стороне гор. Чтобы они защищали дорогу из Астора, нашу главную транспортную артерию, от которой мы очень зависим.

— Ты способен на такое? — поражается Клея.

— Да, притом способен сразу на десяток крепостей и замков по очереди. Даже без отдыха, но солидное время уйдет на дорогу от одного укрепления к другому.

— Тогда еще вопрос, сколько степняков смогут перейти горы со своими лошадьми и спуститься в Сатум? — Клея уже высчитывает различные варианты вторжения.

Как необыкновенно умная женщина — она сможет мне очень хорошо помочь на самом деле.

Просто никого из сатумцев, даже близко к ней подходящих по своему уму и еще умению разговаривать с людьми, я не знаю. Про ее брата Гинса можно вообще не вспоминать, не его такое дело даже близко — управлять массами народа.

— Не так много на самом деле, не многие осьмицы тысяч ордынцев. Примерно поначалу всего около полутора осьмиц тысяч воинов, пожимаю я плечами. — Такого количества достаточно для захвата Черноземья с его ста двадцатью тысячами населения. Но для Сатума с его миллионом двести уже и большой территорией, наверно, точно не хватит.

— И что дальше тогда? — не понимает моя собеседница.

Мы сидим с ней в большой гостиной на одном диване, приблизив головы друг к другу и негромко переговариваемся, как явные заговорщики. Вот что подумал я сейчас про нас с ней.

— Если мои земляки отобьются от степняков и сами попробуют перейти на нашу сторону гор? — Клея вполне понимает опасность, грозящую Черноземью в случае быстрой победы сатумских дворян над ордой.

— Отбиться — вряд ли, чтобы сатумские дворяне собрали столько сил в одном месте, для подобного они должны довольно долгое время терпеть поражения. Отступать и отступать, чтобы, наконец, правильно понять — на кону стоит выживание их семей и всей власти сто пятидесяти основных семейств. Только тогда они способны собрать многотысячную армию, которая может вынести обстрел степняков издалека и добраться до тех в кровавой схватке. Но к тому времени четверть, треть или даже половина Сатума окажутся под нашим управлением. И в таком решающем сражении те же пушки помогут орде снести почти всю дворянскую конницу с нескольких залпов. Потом останется только добить выживших и догнать бегущих.