Больше ничего говорить не стал, где пропадал и что делал, не место это для таких разговоров. Да и вообще ничего про мои возможности говорить кому-то не стоит, пусть я буду официально все тем же начинающим Магом с сатумской половины континента.

Как назвался когда-то гвардейцам и Охотникам, вот и не меняю свое признание больше.

Начинающий, но очень сильный и с магическим арбалетом, сносящим Башни с одного попадания.

— Вы-то как поживаете? Давайте, рассказывайте! Как там все наши поживают в Асторе?

Торка сразу же обратно призвали в Гвардию, как только он по моему совету вышел в отставку, чтобы помогать супруге со сделками. Призвали после первого же разгрома на рудниках. Там потом почти вся разведка полегла в умело организованной Магами засаде, вот его снова и мобилизовали. Теперь он командир разведки и в чем-то большой человек. Командует не одной осьмицей разведчиков, а всеми тремя.

— Много у нас товарищей за это время погибло, много должностей освободилось, Трагер тоже теперь четырьмя осьмицами командует, — говорит он мне.

Это хорошая новость, еще один лично спасенный мной от смерти воин занимает относительно неплохую должность.

— Ага, это как Генс раньше?

— О, Генс теперь заместитель начальника Гвардии — очень большой человек! Но не зазнается, все так же на занятия ходит, теперь учит молодежь, — докладывает мне Учитель, — а вот Вилсер погиб.

— С Магами?

— С ними, с Проклятыми, — отвечает Торк и смотрит так настороженно на мою реакцию.

А я что? Я к ним официально и фактически вообще никакого отношения больше не имею, вместе у скошей всем кворумом в этой жизни больше не общался. Еще у Фатиха, пусть и очень плохонького, но никакого обучения не проходил. Совсем я из другого магического ковена по моей легенде, с той стороны Сиреневых гор.

Которого там, конечно, вообще нет и быть не может, но кто про это точно может здесь знать?

Понятно, что никто, а наш веселый поход никакой ясности никому не добавил насчет имеющихся за перевалами магов.

Или совсем не имеющихся, что скорее всего, но про это знаю только я один. Учитель, конечно, тоже рассказал, что никогда о таких товарищах не слышал, только он далеко от своего родного Пельтума нигде и не был.

Пока не бросился убегать, спасая жизнь.

— Жалко парня, я ведь его тогда спас, а второй раз не оказался рядом, — проникновенно сочувствую я.

Сейчас вокруг нас никого нет, можно свободно говорить, если негромко. Сохатый услышал, что нужно, что это те самые совсем правильные люди ко мне от Совета Капитанов приехали, а не заговорщики какие-то против города с Магом свои темные дела обсуждать собрались.

Поэтому сразу исчез за стойкой.

Своих лодырей там нещадно гоняет, вот кого точно совсем не порадовало его новое зрение.

Это наше общее знание про спасение Вилсера — оно явно не для всех, что мои товарищи уже тогда знали про мою магию, лечебную и боевую.

Времени много, конечно, прошло с тех пор, очень много чего после этого случилось, но все равно только между нами можно вспоминать славные былые денечки.

Еще я немного насторожился, ведь хорошо заметно мне, что дружба дружбой, но тот же Торк приехал сюда с конкретным заданием прощупать меня.

Значит определенно, что задано ему такое поручение вышестоящим начальством, а он его пока исправно исполняет и мне про него ничего не говорит. Нет какой-то особой искренности между нами сейчас, как это было раньше.

Вроде и радуется встрече как может, но чувствую я, что есть у него опасение насчет меня определенное.