Я кивнула.

— Ах, Роланд! — воскликнула я. — Как я рада, что открылась тебе!

— Да, я тоже, — ответил он. — Даже в таких вопросах всегда лучше знать правду.

Наутро Роланд уехал до того, как я встала. Выговорившись накануне, я ощущала облегчение. Он сам сказал, что лучше знать правду. Интересно, что он собирался делать? Он был очень бескорыстным человеком и, думаю, искренне говорил, что отпустит меня, если будет уверен в целесообразности этого. Он даст мне развод, как Генри Фаррелл — Белинде, и тогда Я буду свободна и смогу выйти замуж за Джоэля.

Мысль об этом не наполняла меня безмятежной радостью, ибо уход к Джоэлю означал тяжелый удар для Роланда. Я очень привыкла к нему, а он любил меня. Наверное, в свое время он найдет кого-нибудь, женится и обзаведется детьми. Из Филлиды получится великолепная тетушка. Возможно, она и сама выйдет замуж. Я вдруг удивилась, почему она до сих пор не замужем. У нее были приятные черты лица, а живость натуры делала ее особенно привлекательной; она всегда была изящной и элегантной. Другой я ее не видела.

Она была года на два моложе Роланда, то есть еще. достаточно молода.

Я спустилась к завтраку. Филлида взглянула на меня с некоторой озабоченностью:

— Как ты себя чувствуешь?

— Все в порядке, спасибо. А ты?

— Прекрасно, — ответила она. — Роланд утром выглядел не особенно хорошо. Пришлось сварить для него овсянку. Он не хотел есть, но я заставила его.

Если бы я не знала, что мой брат здоров как бык, я бы решила, что он заболел. Он сказал, что плохо спал.

— А он не говорил, когда вернется?

— Нет, он сам не знал этого. Но день у него будет трудный. В последние месяцы он подзапустил дела.

После ленча я отправилась верхом в деревушку Брейкен. Я вновь заметила заведение, объединявшее лавку и почтовое отделение, и напомнила себе о том, что должна написать Ребекке. Оказавшись с нею с глазу на глаз, я рассказала бы ей очень многое, но писать об этом было нелегко. Как мне хотелось, чтобы она была рядом и могла мне что-то посоветовать!

Вернулась я во второй половине дня. Филлида что-то читала в гостиной. Она поинтересовалась, как удалась прогулка.

— Неплохо, — сказала я. — Я съездила в Брейкен и видела почту, о которой рассказывала мне миссис Хелман. Нам нужно самим забирать свои письма.

— Но ведь наш адрес никто не знает?

— Нет. А следовало бы знать. Я собираюсь написать Селесте и своей сестре. Но пока я это отложила.

— Времени у нас достаточно. Так ты подумала о покупке этого дома?

Про дом я совершенно забыла. Разве меня могли интересовать какие-то приобретения, когда решался гораздо более важный вопрос? Наверное, то же можно было отнести и к Роланду.

— Нам нужно поскорее принять решение, — сказала Филлида. — Судя по всему, там есть и другие претенденты.

— Хозяева могли это сказать, чтобы поторопить нас, — заметила я., Может быть. Но дом прекрасен. Я в него влюбилась.

Я сказала, что мне нужно переодеться, и поднялась к себе.

Переодевшись, я уселась писать письмо Ребекке.

«Дорогая Ребекка!

Я ужасно несчастна. Как бы мне хотелось повидаться с тобой и рассказать обо всем! Джоэль вернулся. Мне не следовало выходить за Роланда. Джоэль хочет, чтобы я оставила Роланда и ушла к нему.

Я тоже хочу этого, Ребекка. Я поняла, что мне не нужен никто, кроме Джоэля. Но что же мне делать?

Я замужем за Роландом. Получается, что я воспользовалась им, когда мне нужна была опора… и это, в общем-то, правда.