Позвонила она этим же вечером.

— Юр, ты знаешь, я в таком недоумении. Этот Дымчук странная личность. Попал в диспансер по поводу истерии и жуткой бессонницу. Таких мы поднимаем на раз, не прибегая к госпитализации. Приходит человек в отделение неврозов, на дневной стационар. Мы его поколем, обедом накормит, поспит он, и домой. Недели две, максимум три — и все как рукой снимаем. А этого не только положили в стационар, но и держат на втором этаже уже два месяца. Занимается с ним лично Зильберман. Кстати, в те дни, ну, ты помнишь какие, его действительно возили на рентген, у нас такое практикуют, особенно если есть подозрение на тубик. Но почему-то с ними оба раза ездил сам Зильберман. Чтобы доктор лично сопровождал больного на такую простую процедуру — я такого и не припомню. Хорошо если медсестру посылали, а так, обычно, и санитарами обходились.

— А что ты про этого Дымчука еще знаешь? — спросил Юрий.

— Ну, работяга, не женат, разведен. Работал в Торске, на химкомбинате…

— А профессия? — прервал Владу Астафьев.

— Профессия? Я это никогда не запомню, но у меня тут где-то записано, — было слышно, как она шуршала листками записной книжки. — А вот, она. Он аппаратчик. Не знаю, какие там у него аппараты…

Астафьев невольно улыбнулся, и прервал доктора.

— Это уже интересно. Влада, ты можешь исследовать его личность на возможность мотивов маниакального характера?

— В смысле, не может ли он быть маньяком? — догадалась Влада.

— Именно! Какая ты молодец, все ловишь с полуслова.

— Ну, попробую. А что, на него есть какие-то данные?

— На него конкретно нет, но зато его личные данные хорошо ложатся на одну хорошо проверенную схему. Покопайся, попробуй. Если это, в самом деле так, то можно будет тебя потом прославить на весь Союз. "Доктор разоблачила маньяка! Вычислила мерзавца на кончике пера!"

Влада иронично засмеялась.

— Издеваешься, да? Я тебе это припомню! Ладно, попробую. Ну, пока. Привет Ольге.

— Пока.

Положив трубку, Юрий встретился взглядом с Ольгой.

— Тебе привет от Влады.

— Ну и как поживает эта стерва?

— Лучше всех. Хочет съездить в январе в Египет.

— Откуда люди только деньги берут? — вздохнула Малиновская. — Вроде в дурдоме работает.

— Да, это, по-моему, мы в дурдоме работаем, особенно в свете последних указания нашего милого руководства.

— А у нас почему тогда вечно денег нет? — продолжала о своем Ольга.

— А мы слишком умные для больших денег.

— Утешил!

— Слава Богу! Пошли спать, что ли.

Уже в кровати, засыпая, он пробормотал: — Я, кажется, привыкаю к тому, что в доме есть постоянная женщина.

— И что, это так плохо?

— Нет, просто не так холодно спать, — и он поближе привалился к своей подруге.

ГЛАВА 53

Этим утром они слишком долго валялись в кровати. Сонька как никогда была ненасытна, и к концу их затянувшегося секса Могильщик был мокрым с головы до ног.

— Ты чего это сегодня такая? — спросил он свою подругу, когда они уже курили, глядя в потолок.

— Да, сегодня последний нормальный день. Когда еще сможем вот так пое…, в такой расслабухе.

Да, номер в придорожном отеле в двадцати километрах от Кривова, был хоть и небольшим, но весьма комфортабельным. Здесь они ночевали уже третью ночь, после вынужденного переезда из города. Все свои квартиры Сонька продала, жить у братьев и сестер она уже не могла. К тому же при всей своей наглости Зубаревская чувствовала, как сжимается вокруг нее этот круг врагов и недоброжелателей.