– Нет! – отпрянула она, высвобождаясь из его рук. – Я ошиблась...

Он вскинул брови.

– Как быстро проходит чувство благодарности.

– Я найду другой способ.

– Но мне нравится этот.

– А мне нет.

Роберт сидел еще слишком близко от нее. Его дыхание, его глаза, тепло его тела притягивали ее как магнит. «Вот! Вот оно – то самое, о чем говорил Себастьян», – поняла Кейт. Она вскочила и пересела по другую сторону костра.

– Но тебе ведь понравилось? – спросил Роберт, глядя ей в глаза. – И тебе еще больше понравится, когда ты обучишься этому искусству.

– Я не стану учиться, – решительно помотала головой Кейт. – Я не хочу быть потаскушкой, как меня все время называл Себастьян. Я поклялась, что никогда не буду ею.

– Ах, вот оно в чем дело! – Роберт сжал губы. Ну, каков негодяй! Даже когда его нет рядом, яд продолжает действовать. – Но ты совсем не шлюха, Кейт!

– Непорочные женщины не получают удовольствия от совокупления с мужчиной, – повторила Кейт заученные слова Себастьяна.

– А как же твоя подруга Каролина? Ты же мне сама сказала, с какой радостью она вышла замуж.

Кейт в смятении нахмурилась. Да, он прав. Каролина никогда не отрицала, что ей доставляют радость плотские удовольствия.

– Она не такая, как я. – Кейт беспомощно мотнула головой. – Ты не понимаешь! Если он оказался прав в одном, значит, он может оказаться прав и в другом случае. Он говорил, что я буду вести себя, как шлюха. Так оно и получилось. И если ты считаешь, что я снова позволю... Что слова Себастьяна...

Роберт прервал ее.

– Но теперь уже поздно.

– Ты собираешься овладеть мною против моего желания? – спросила она, запнувшись.

Он покачал головой.

– Ты не сможешь сопротивляться. Я просто начну осаду, пока крепостные ворота сами не распахнутся.

Сначала она испугалась. А потом запретный жар легкой волной прошел по телу. Кейт знала, каким настойчивым может быть Роберт. Но это было бы полбеды. Она тоже всегда была упрямой. К сожалению, теперь она знала, какое наслаждение ждет ее, если она уступит. А похотливое тело и в самом деле откажется сопротивляться достойным образом, поскольку будет предвкушать удовольствие. Тело будет бороться с разумом и выискивать лазейки, чтобы найти повод и отдаться Роберту.

Кейт лихорадочно принялась думать, надеясь найти убедительные доводы.

– Ты сказал, что ребенок может помешать расторжению брака. А мне показалось, что тебе ни до чего не было дела и ты не пытался... предотвратить... Я не ошиблась?

Непонятное выражение пробежало по его лицу.

– Нет.

Кейт, удовлетворенная тем, что она верно угадала, кивнула. Ей ничего не было известно про способы, к которым могли прибегать мужчина и женщина, чтобы избежать зачатия. Но по тому, как необузданно вел себя Роберт, с какой животной страстью он отдавался своему чувству, Кейт догадалась – о рассчитанных действиях не могло быть и речи.

– Значит, тебе надо избегать близости всеми возможными способами.

– Отчего же? Я уже совершил ошибку. Сделанного не вернешь. Ты уже могла зачать. Зачем же отказывать себе в удовольствии?

– Затем, что я сказала «нет»! – В отчаянии ответила Кейт.

Внезапно он улыбнулся.

– На сегодня – возможно. Мне не хочется, чтобы у тебя испортилось настроение. Спи спокойно. – Он лег и натянул на себя одеяло. – Завтра вечером, с наступлением темноты, мы вновь разожжем костер и попробуем новую позу. Ты сядешь на меня сверху. Уверен, что это доставит тебе несравненно большее удовольствие, чем все поездки на Вороном вместе взятые.