Максим обернулся. Никого не было.

— Наверное, показалось, — он вспомнил просьбу Аллы не «палить контору». — Там за поворотом тупичок, давай встанем, подождем.

Максим показал в сторону кемпинга. Там была дорожка между двумя небольшими парками, упирающаяся в задний двор придорожного кафе. Рустам свернул и спрятал машину за живой изгородью. Музыку пришлось выключить. В уши вставили самодельные беруши из жеваной бумаги, чтобы снизить влияние «черного спектра». Он совсем не давал сконцентрировать внимание, подсовывал мрачные галлюцинации, вызывающие ощущение появления ужасного «нечто».

Максим заметил, как дрожат его ладони и ходят ходуном коленные чашечки. С ним было так однажды в детстве, когда они заплутали в дождь в деревенских дорогах и выехали к узенькому мосточку, покрытому раскисшей глиной. Максим с матерью перешли мостик пешком, а отец, чтобы не погубить семью, переезжал на машине один. Максим хорошо понимал тогда ситуацию, знал, чем может обернуться падение машины в реку, смотрел, как, буксуя и виляя, отец пытается переехать мост, и испытывал при этом такую же трясучку. Тогда все обошлось.

Неожиданно раздался шум дизельного мотора. Мимо них проскочил разрисованный в камуфляж пикап на широкой внедорожной резине.

— Не показалось, — Рустам вытер со лба выступивший пот. — Я эту машину видел.

— Неужели они едут за нами? Зачем? — Максим пытался размышлять, но очень трудно было это сделать из-за мельтешащей перед глазами черноты. — Поехали назад. Заедем в город с другой стороны.

Они выждали, когда пикап уедет достаточно далеко, чтобы незаметно выехать на дорогу. В машине сразу врубили музыку. Давление тьмы тут же ослабло до приемлемого уровня. Рустам поехал в обратную сторону, чтобы заехать в город через дачи. Максим постоянно оборачивался, опасаясь увидеть за собой «хвост».

— Откуда они за нами едут? Неужели от водохранилища? — предположил он.

— Вряд ли. Я их увидел недавно. Может, это случайность, что мы встретились.

— Ладно, все равно надо было избавиться от них. А ведь что-то заставляет их переть в опасную зону, значит, есть цель, ради которой стоит рисковать.

— Мало ли, генераторы, стройматериалы, консервы, оружие опять же. Не все держат скотину — кому захочется каждый день доить десяток коров, выливая молоко кошкам и собакам. Проще в город сгонять в супермаркет, набрать кильки в томате и жрать припеваючи целую неделю. Еще и алкашку натырить, и вообще забыться. Мечта.

— А что, если они строят дома с толстыми стенами, через которые не может проникнуть «черный спектр»? — Максим задумался.

— Это надо у того лысого спросить. Он наверняка знает, — Рустам имел в виду Леонида из миролюбовской общины.

— Чем-то он должен экранироваться или поглощаться, — Максим погрузился в раздумья. — Тут поверни.

Он чуть не проморгал нужный поворот. Дорога сразу стала хуже. Начались неровности, ямы и вездесущие «лежачие полицейские». Дачный массив за два месяца одичал. Зарос травой выше забора. Вишни непривычно чернели несорванной высохшей ягодой. Зимние сорта яблонь краснели спелыми плодами, а ранние сорта были усеяны у основания прелыми яблоками, среди которых часто возились птицы. Много было сгоревших дач и брошенных прямо на дороге машин. Некоторые из них пришлось сдвигать в сторону, чтобы освободить дорогу.

Отрезок пути через дачи занял слишком много времени. К городу уже подъезжали в сумерках. Свет включать не решились. Заехали в ближайший гаражный кооператив и поставили машину внутри. Буквально сразу же их окружила стая любопытных собак. Они не выглядели тощими и ждущими подачки.