Продолжая смеяться, он выкинул сгоревшую «запускную искру» через плечо.

Та приземлилась прямо под ноги крадущейся сзади Миланье. Упала на землю с мягким «чавк», приземлившись во влажную после утра землю.

Она замерла, на мгновение испугавшись, что он целился этим в неё и хотел убить, однако через полминуты успокоилась. Страх отошёл куда быстрее, чем в прошлые разы, позволяя ей мыслить более здраво. Миланье действительно осмелела, видя, что ей пока, кроме как получить сапогом, ничего не угрожает. Если бы целился этим в неё – обернулся бы, а не кидал через плечо.

Она подобрала, с интересом покрутила в руках, пытаясь понять, что это такое. Точно несъедобно, однако какие-то маленькие детальки, стеклянные штучки, ниточки… И пахло странно, словно горелым, но ещё с каким-то странным инородным ароматом.

Её не пугал смех малума, который, словно раскаты грома, разносился над лесом – они не настолько сильно отличались, чтобы она не поняла, что малум просто смеётся. Вот только над чем, для неё осталось загадкой. Но, прихватив с собой эту штуку, она медленно двинулась дальше. Её цель – тот котелок с провиантом.

А ещё Миланье не чувствовала в смехе какой-то злобы или ненависти. Он был громким, низким, но добрым, по крайней мере именно так ей показалось. А дети, в отличие от взрослых, иногда способны уловить ту самую нотку в человеке, которая подскажет, стоит ли ему доверять или нет.

И нет, доверять она ему не собиралась, так как это был малум. Она продолжила красться дальше.

А Кент настолько увлёкся, что уже просто не замечал ничего.

Вытащить питательный элемент было нелёгкой задачей. Собой он представлял серый, с металлическим отблеском, цилиндр с ручкой. Кенту пришлось поднатужиться, чтоб вытащить его, зажатого в силовом агрегате наружу. А ведь простые техники вообще надрывались, когда пытались его заменить.

Внимательно осмотрев питательный элемент и не найдя повреждений, Кент аккуратно отставил его и заглянул в сам силовой агрегат. Там вроде как тоже всё было в порядке. Вроде как. По крайней мере не было видно, чтоб туда кто-то из демонов добрался. Он аккуратно провёл рукой по внутренней поверхности агрегата, после чего присмотрелся к руке – ни стружки, ни налёта, ни влаги. Идеально.

Значит агрегат и элемент вроде как целы. Получается, что проблема только в «искре», которую…

Он обернулся и увидел буквально в пяти метрах от себя эту назойливую девку.

Та тут же осознала, что раскрыта (тяжело не понять, когда на тебя смотрят) и замерла, впившись в него глазами. Стоит, словно статуя, смотрит на него, хвост вокруг талии обмотан, в руках держит запускную искру.

- А ну пошла отсюда! – рявкнул Кент, топнув ногой.

Та вздрогнула, уже было бросилась бежать, но замерла, продолжая смотреть на него. По её лицу было тяжело понять, о чём она думает, так как на нём было только страх и упорство. Детское несломленное упорство, которое могло вызвать как улыбку, так и головную боль. В данный момент оно вызывало головную боль, причём сильную.

- Брысь, тебе сказал! – топнул он ещё раз ногой, но на этот раз она даже не вздрогнула. Однако её взгляд начал метаться, словно что-то ища. – Ты не поняла, маленькая дура?! Пошла отсюда, пока я тебя не пристрелил!

Он, словно подтверждая собственные слова, шагнул к ней, подняв с земли камень. Он не убьёт её, но наваляет, это как пить дать.

Миланье это видела, но её взгляд продолжал лихорадочно метаться по округе в поисках её провизии. Она должна отыскать провизию. Она не ела уже сутки и очень нуждалась в еде. Миланье буквально чувствовала, как ослабла, привыкнув кушать по пять раз на день.