Но она просто обязана найти что-нибудь поесть. А кроме мяса, честно добытого с тварей, больше ничего и не было. Пусть Миланье не ела раньше сырого мяса, однако голод гнал её, словно огонь животное.

Кент уже сократил дистанцию в половину, когда она наконец заметила котелок с едой. Тот стоял около ноги доспеха среди каких-то железных штуковин на земле.

Времени ждать не было – она тут же стрелой бросилась в ту сторону. Кент мгновенно бросился ей наперерез и уже было протянул руки, чтоб схватить, как…

Как со всей дури ударился головой о верхний манипулятор, выставленный в сторону. По округе разнёсся железный «бу-у-у-ум», словно удар в гонг. Кент лёг на землю, как от нокаута, не сразу сообразив, что его так уложило.

Миланье же куда более проворно, словно ласка в лесу, нырнула прямо под ногу доспеха, подхватила котелок и бросилась бежать обратно в лес. Как можно дальше от полоумного малума, который, того и глядишь, намнёт ей бока. Главным сейчас было уйти…

Всё перед глазами у неё неожиданно блеснуло белым и тут же погасло, чтоб потом вновь появиться яркой реальностью, ослепляя. Затылок прострелила нестерпимая боль, которая практически парализовала все мыслительные процессы в её голове и контроль над телом. Это было подобно электрическому разряду, если бы Миланье знала, что это такое.

Сознание практически покинуло её в тот момент, и тело оказалось предоставлено само себе. Без какого-либо контроля оно было как марионетка с подрезанными нитками. Несясь уже по инерции, корпус попросту перевесило вперёд, словно он пытался обогнать ноги, и она упала. Упала на полном ходу, ещё некоторое время скользя по влажной траве, сдирая кожу и рвя платье о мелкие камушки и ветки. Лицом она так же приложилась, и какой бы мягкой земля ни была, Миланье разбила себе губу и нос, которые тут же ответили едва ли не фонтаном крови.

Котелок вылетел из её рук, словно мячик отскочил от земли и ребром покатился дальше, где и завалился. Всё, что было внутри, вывалилось на серую пожухлую траву. Это было похоже на картинку из мультика, где девочка роняла лукошко с ягодами, однако здесь содержимое было куда страшнее.

Но Миланье словно и не заметила рассыпавшейся провизии. В её сознании что-то крутилось, звенело и гудело, шок не давал понять, что сейчас конкретно произошло.

А произошло следующее:

Кент меткой подачей отправил небольшой камень ровно в затылок убегающей воровке. Будь тот побольше или кидай он сильнее, Миланье бы уже не встала – такой снаряд обеспечил бы ей проломленный череп. Однако она отделалась лишь разбитой головой, из раны которой сейчас обильно текла кровь, заливая её волосы, стекая по ним на одежду. Кожа в том месте, приподнялась словно нарыв, открыв рваную рану, однако под волосами этого не было видно.

Она продолжала лежать, не совсем понимая, что произошло и что происходит, даже не чувствуя боли.

Во рту почувствовался металлический привкус. Казалось, что она набрала в рот воды. Что-то тёплое лилось из-под носа по губе, по подбородку, неприятно щекоча.

Рефлекторно Миланье поднесла раскарябанную руку и стёрла влагу из-под носа. Поднесла скорее подсознательно к глазам - та была вся в крови. Словно она окунула ладонь в тазик, наполненный кровью.

Её взгляд опустился, чтоб в следующее мгновение увидеть, как трава прямо под её лицом тоже вся красная от её крови, обильно стекающей с лица.

А через секунду вся палитра боли и страха обрушилась на её сознание, пробрав до самых пяток. Потому что это была её кровь, её было много, от чего Миланье испугалась. Холод ужаса пробрал её до самых кончиков ушей, заставив покрыться мурашками.