— Что делать, что делать, — пробормотала женщина.

— Это у вас задание, что ли, такое? — спросила Аня.

Женщина промолчала.

— Поговорите со мной, — попросила Аня, протягивая ей деньги. — Я пожертвую вам еще. Есть ведь какая-то сумма, которую вы должны за день собрать?

Ну, план, так сказать?

Женщина снова промолчала.

— Ну, что вам тут стоять-то? — продолжала уговаривать Светлова. — Мне кажется, вы скоро просто свалитесь от усталости.

— Не задание это называется, а послушание, — объяснила наконец, все-таки нарушив свое неприступное молчание, женщина в темной одежде.

Слово за слово, и выяснилось, что собирание денег на московских улицах было одним из видов «послушания», то есть обязанностью, которая возлагалась в монастыре на послушниц. А «послушница» — это следующая вслед за «паломницей» ступень в монастырской иерархии. И всем женщинам в монастыре назначают послушание. Одни работают на кухне, другие стирают, третьи убирают. А кто-то должен и собирать подаяние, поскольку другого способа прокормиться у обители нет.

— Извините. А вы случайно никогда не видели вот эту женщину? — Светлова достала фотографию, сделанную Комаровым.

Некоторое время монашенка рассматривала снимок.

— Я ее, кажется, знаю, — наконец сказала она. — Она когда-то стояла на Сретенке, у церкви Троицы в Листах. Там ее место.

— Она что же — тоже собирала там подаяние?

— Да.

— Тоже послушание у нее такое?

— Да, конечно… Только что-то давно я ее там больше не вижу.

— А откуда она? Вы случайно не знаете?

— Да, кажется, из Переславля-Залесского, из монастыря Федора Стратилата.

"Послушница, паломница… — задумалась Светлова. — Нет, наоборот: сначала низшая, ступень в монастырской иерархии — «паломница»… А потом уже «послушница»…

Паломница — это та, что просто приходит в монастырь, с котомочкой. И ей дают приют. Она там живет, работает… А что, если?.."

Анины размышления прервал телефонный звонок.

Удивительно, но это было так: Лидия Евгеньевна сама позвонила Светловой. А ведь Анна с момента возвращения дам в Москву ни разу их больше не беспокоила…

— Удивлены?

— Не очень… — соврала Светлова. — Анечка! Вы не хотите к нам заехать в гости, поговорить? — самым любезным тоном, почти нежно воркуя, предложила вдруг Лидия Евгеньевна.

— Зачем? — не слишком вежливо поинтересовалась Аня.

— Мне показалось, вы хотели пообщаться? «Какая память! — хотела сказать Анна. — Когда это было…»

— В общем-то, хотела… когда-то, — произнесла она вслух.

— А сейчас? Желание это еще не иссякло?

— Не иссякло, — вздохнула Светлова.

«Ох, уж эти литературные дамы и литературные обороты!..» — подумалось ей.

Но, в общем-то, Светлова не слишком долго ломалась и приглашение секретаря Погребижской приняла.

"Надо же! Мы, такие гордые, больше на знакомство не напрашиваемся…

Зато они теперь нас сами приглашают!" — удовлетворенно подумала Аня.

Итак, Светлова опять приехала в Катово. Наконец-то она увидела дом, в который так стремилась попасть. И, надо сказать, разглядывала его теперь с большим, очень большим интересом.