Зипакна! Он был высокого роста, ему говорили об этом. Но все-таки кто он такой? Может, он начальник Варанелей? Или Советник Руки? Каваси опасается его, а значит, и ему придется последовать ее примеру. Теперь он спускался вниз по крутому склону. Внизу за деревьями расстилалась залитая солнцем долина. Остановившись под одним из деревьев, Майк принялся разглядывать открывшуюся перед ним панораму. Ниже по склону, за деревьями, виднелась небольшая лужайка, а еще дальше протекал ручей. Майк тянул время, выжидал, ему не хотелось выходить на открытое пространство, и в то же время он твердо знал, что сделает это. Сделав еще несколько шагов, он остановился у другого дерева. Здесь, на лужайке, он следов не обнаружил. Постояв еще минуту пригнувшись, Майк быстро пересек открытое пространство и углубился в лес, росший чуть дальше по склону. И снова остановился у каких-то развалин. Затем, обогнув угол полуразрушенного дома, он увидел целое скопище руин красноватого цвета. С первого же взгляда он определил, что руины очень древние, пожалуй, самые древние из тех, которые ему когда-либо доводилось видеть. На территории площадью более чем в пятьдесят квадратных акров высились полуразрушенные стены, на земле лежали опрокинутые колонны, но самое удивительное — многие перекрытия все же уцелели. Майк присел на обломки отколовшегося от стены плоского камня. Ему необходимо было хорошенько все обдумать. Затем, поднявшись, он принялся тщательно, дюйм за дюймом, обследовать развалины, время от времени останавливаясь, стараясь запечатлеть в памяти план строения. Возможно, это и было то место, о котором говорил старый ковбой из Флагстаффа. Много ли на свете таких людей, которые, получив желанное богатство, не захотели бы его преумножить? Кто из смертных согласится довольствоваться тем, что есть? Немногие способны устоять перед соблазном разжиться золотишком — сколько бы его у тебя ни было. И значит, тот старый ковбой…

Он вздрогнул. Что с ним творится? Почему он так взволнован? Ведь ему не раз приходилось исследовать руины древних цивилизаций — в Египте, Тибете, в пустыне Такла-Макан, в Индии. Он снова окинул взглядом долину руин. Времени мало, он должен побыстрее управиться, он должен идти… И тут ему показалось, что он чувствует какой-то неприятный запах, вроде бы знакомый… Но что же это за запах?

Раглан поднялся на ноги, настороженно озираясь. Прислушался… Тишина. Он зашагал по тропе, ведущей в глубь руин. Нигде ни намека на присутствие какой-то жизни — ни птицы, ни барсука, ни хоть какой-нибудь ящерицы на худой конец. Неужто здесь вообще не водится никакой живности? Он снова остановился, настороженно озираясь. Не слышно ни жужжания мух, ни гудения пчел или жуков — ни малейших признаков жизни.

Наверное, этот город в свое время представлял собой довольно впечатляющую картину — если, конечно, это когда-то было именно городом. Эти руины практически ничем не напоминали ни одно из индейских селений, которые ему приходилось видеть прежде. Майк шел между развалинами. Прямо перед ним, в земле, зияла давно пересохшая каменная чаша небольшого водоема — футов десять в диаметре. В одной из стенок водоема имелся вывод довольно внушительных размеров, по которому, вероятно, подавалась вода, некогда наполнявшая этот резервуар.

Майк обошел вокруг ближайшей постройки и прямо перед собой увидел дверь, вернее, высокий и узкий проем в стене. Он подошел поближе, пригляделся. Что там внутри? Он сделал еще шаг, другой… И остановился. Ладно, с этим успеется. Прежде всего надо исследовать все, что находится снаружи. Он отошел от двери и пошел дальше. И почему-то почувствовал при этом огромное облегчение.