Надеюсь, милым дамам будет о чем поболтать в мое отсутствие?

— Конечно, дорогой! Я расспрошу у мадам Рейно, как и когда нашли сервиз, а потом все расскажу тебе, чтобы не задерживать нашу гостью. У писателей так мало времени на светскую болтовню. Еще лимонаду, мадам Рейно?

— Благодарю вас, мадам Маршан. — Марта улыбнулась и проводила взглядом будущего молодого папашу, скрывшегося в недрах квартиры. — Достаточно.

— Так все-таки сервиз найден или нет, мадам Рейно?

— Найден. — Марта безмятежно отпила из своего кубка, лимонад сейчас не показался ей безумно кислым.

— Его уже вернули мэтру Ванве? В газетах ничего не было об этом.

— В газетах вы вскоре прочтете о свадьбе дочери мсье Ванве, сервиз будет свадебным подарком. Впрочем, вас же наверняка пригласят, вы ведь знакомы.

— Да, да... — Жаннет, задумалась. — Жених Софи, как же его зовут? Ах да! Анри. Очень милый, вполне светский молодой человек.

— Вероятно, мадам Маршан, вы давно не виделись с Софи. У нее совсем другой жених.

— Кто же?

— Сотрудник моего мужа. Небезызвестный вам Виктор Пленьи. Кинокадры свадебной церемонии также войдут в пилотную серию будущего сериала о похищенных и возвращенных хозяевам сокровищах. Ну, естественно и кадры передачи сервиза законному владельцу в присутствии представителей властей, полиции....Дорогая мадам Mapшан, что с вами? Воды? — Какая же я жестокая, мерзкая тварь, ругала себя Марта, зачем я издеваюсь над ней так изощренно? Она ведь может выкинуть до срока, и я буду винить себя всю оставшуюся жизнь. Ведь ее малыш не виноват ни в чем! — Открыть окно? Помочь прилечь? Вызвать врача? Жаннет, успокойтесь, полиции пока ничего не известно, я затем и приехала...

— Говорите, что вам нужно, и убирайтесь!

— Ровным счетом ничего, я просто хотела предупредить вас!

— Я вам не верю! Вы все ненавидите меня!

Что я вам такого сделала?! Почему вы все так ненавидите меня?!

Марта хотела было сказать, что Жаннет натворила немало и причин для ненависти наберется не на один том, но внутри Жаннет страдал невинный, еще не рожденный ребенок. Крошечные ручки, ножки, сердечко... Он не должен расплачиваться за грехи своей стервы-мамаши!

— Умоляю, Жаннет, успокойтесь! Ради вашего будущего ребенка! Выпейте лимонаду, возьмите себя в руки. Сейчас вернется ваш муж, я попрощаюсь и уйду. Но как поведет себя невеста Виктора, я не знаю.

— Уговорите, умолите ее! Я не виновата! Меня шантажировали! Я вам все скажу!

— Жаннет, я прошу вас успокоиться! Я не следователь, мне все равно, кто вас шантажировал. Успокойтесь, прекратите рыдать, подумайте о малыше.

— Меня шантажировал Анри! И в Альпах, и месяц назад! У него куча моих фотографий...

— Замолчите! Ваш муж услышит!

— Не услышит. Библиотека на другом этаже. — Жаннет со стоном вздохнула, кашлянула пару раз, а потом без малейшего стеснения шумно высморкалась прямо в подол домашнего платья. — Вы любите Матисса? — уже совершенно спокойно спросила она.

— В смысле? — не поняла Марта; Жаннет ошеломила ее своим переходом из одного состояния в другое.

— Возьмете любого, — она показала рукой на двух небольших, размером с книгу, но очень выразительных Матиссов, — и сделаете так, чтобы никакого скандала с полицией не было.

— Вы уверены, что я смогу?

— Сможете, потому что я сделаю так, что деньги за Пикассо получит проект вашего напыщенного толстяка Жюля. Вы же за этим пришли, на Матисса-то вы явно не рассчитывали?

— А теперь рассчитываю, — оскорбилась Марта и к Матиссу в придачу получила маленькую постельку Дега в лимонных тонах.