…А почему собака три следа учуяла? Я вновь окунулся в свои проблемы. Этот сказал, мент. На машине трое, сказал, уехали?! Откуда они взялись? Клиента что ли утащить? А что, это вписывается… Он девушку убил, а они узнали… её братья, или в одной школе учились, за одной партой… Нет, отпадает. Как они могли так быстро узнать? Никак. Не она ведь позвонила… Хотя, если пришла в себя и позвонила, это вариант, а потом… этот, убийца, услышал и… Вяжется. Но… мотива всё равно нет. Так далеко можно было и не лететь… Хотя в этом есть убойный — тьфу! — резон: вывезти-увезти подальше и… Она ему наверное изменила, а он отомстил… Нормально? Жизненно! Случается! Но что-то уж просто, как-то не по книжному, не по-киношному… и эти ещё трое… В смысле двое. И никто не видел… По пожарной лестнице что ли… А она есть здесь, лестница — я не видел, — наверное есть. Не то как бы они и не заметно пробрались, и ушли с клиентом… Ходы знали, связи имели… О, они в гостинице наверное работали…

— Смотри. Дождались. К нам идёт… Идёт-идёт! Заметил…

Я вернулся за столик. Тон предложения меня извлёк… К нам действительно приближался официант.

— Добрый день, господа…

— Уже вечер, — с сильным сарказмом поправил его дядя Коля, как букашку пригвоздил.

— Да-да, извините, господа, — смешался официант.

— Господа они, — дядя Коля указал за спину, — а мы местные, мы товарищи.

Официант поперхнулся, но справился с ситуацией.

— Да-да, извините, голова кругом! Очень много работы. Иностранцы такие привередливые. Пока поймёшь их… Не то что наши! Извините! Что заказывать будете, товарищи?

Николай Николаевич вопросительно глядит на меня поверх очков.

— Что вы предпочитаете, молодой человек, рыбу или мясо?

— Мясо… И много.

— Понятно. Тогда нам… эээ…

Я вновь нырнул в свои размышления… Вновь вспомнил чёрную дырку ПМовского ствола… жуткое состояние и угрозу надолго задержаться в «руках» ментов, крик заказчика и прочие его обещания… расстроился, а попросту — скис. Что главный редактор немедленно и отметил.

— Не вкусно? Что-нибудь другое заказать? — заботливо спросил он. Действительно, я и вкуса-то не понял, жевал что-то…

— Может остренького чего-нибудь, китайского? Водочки?

— Нет-нет, спасибо. Ничего не надо. Я не пью. Аппетита нет.

— А, понимаю-понимаю, — быстренько пробормотал господин Свешников. — Я тоже! Молодой организм! Акклиматизация! Проблемы. — И озаботился и лицом, и руками. — Сейчас у вас там… эээ… — Николай Николаевич настроил взгляд на свои часы. — Плюс семь часов… Первый час ночи. Да? Да! Время детское.

Точно. Первый час уже… Потому и мысли «тёмные», и глаза слипаются. Так сильно привык в армии в 23 ноль-ноль отбиваться. Уже можно и не «отбиваться», а я не перенастроился, да и нервы. Вспомнилось обещание заказчика передать дело третьим лицам…

— Николай Николаевич, а что такое третьи лица, кто такие? — спросил я, берясь за вилку.