– Тем не менее у нас возникли серьезные проблемы, поскольку мы к нему прислушались. – Глава Старейших резко взглянул на своего брата. – Думаешь, он говорит правду насчет своей способности уничтожить то, что осталось от флота отступников?

– Конечно, – ответил Меч. – Он переоценил первоначальную эффективность «Иерихона», но мои собственные сотрудники в тактической секции уверяют, что его базовые оценки верны. Если один мантикорский эсминец мог так сильно потрепать наш флот, то «Гнев» и «Владычество» вместе сделают из отступников котлету.

Мэтью прекрасно понимал, что Хаггинс больше ни на йоту не поверит ни Ю, ни любому, кто с ним соглашается. Но то, что он сейчас сказал, было верно и самоочевидно – и он не упомянул, как именно эти его люди в тактическом отделе Ю оценили собственное решение Меча поддержать тактику Фрэнкса в Ельцине. Ему самому их слова очень не понравились, но если бы он их наказал, то они наверняка начали бы говорить то, что он хочет услышать, а не то, что они думают на самом деле.

– Дьякон Сэндс? Вы согласны?

– Я не военный, Глава Старейших, но да, согласен. Наши собственные источники уже показали, что мантикорские системы несколько лучше хевенитских, но их техническое превосходство не перекроет превосходства «Гнева» над всем флотом отступников.

– Так что, если потребуется, мы можем позволить ему продолжить? – настойчиво спросил Глава Старейших.

– Если Маккавей провалится, у нас не останется другого выхода, кроме как позволить Ю продолжать, – ровным тоном сказал Сэндс. – В таком случае нас спасет только военное решение. И, при всем моем уважении, время у нас на исходе. Маккавей не смог сообщить нам, вернется ли мантикорский эскорт, но мы должны исходить из предположения, что он вернется через несколько дней: Тем или иным способом мы должны к этому времени взять под контроль обе планеты.

– Ключевой фигурой был Маккавей. – Хаггинс зло взглянул на Меча. – Ваши действия, Меч Саймондс, нужны были для его поддержки. Вам следовало только создать условия для его успешного выступления, а не захватывать планету самому!..

– Со всем должным уважением, Старейший Хаггинс, – горячо начал Мэтью, – это…

– Мир, братья! – Глава Старейших постучал по столу костлявым пальцем и смотрел на них, пока они не расселись по местам, после чего обратил взгляд василиска на Хаггинса. – Мы все знаем, что должно было случиться, брат. К несчастью, мы не можем объявить об этом хевенитам и не можем обойтись без их поддержки, если Маккавей потерпит неудачу. Бог пока еще не решил, что наши усилия заслуживают Его благословения, но Он и не обрек нас на поражение. В нашем луке две тетивы, и ни одна пока еще не лопнула.

На мгновение на лице Хаггинса отразился гнев, потом он напряженно кивнул. На этот раз он даже не прикидывался, что извиняется перед Мечом.

– Отлично. – Томас повернулся к брату. – Сколько еще времени ты можешь затягивать прямые военные действия, не вызывая подозрения хевенитов?

– Не больше тридцати-сорока часов. Повреждения причального узла на «Гневе» дали нам немного времени, но как только все ЛАКи доставят в систему. Ельцина, нам придется либо нанести удар, либо признать, что мы не собираемся нападать.

– А твой последний контакт с Маккавеем?

– Во время четвертого рейда «Херувим» несколько поотстал, чтобы поговорить с его курьером. На тот момент Маккавей считал, что, несмотря на наши атаки, нынешний режим по-прежнему располагает слишком большой поддержкой. С тех пор мы, конечно, не могли с ним связаться, но он указывал, что будет готов нанести удар, если общественный дух начнет падать, а «Иерихон» наверняка его ослабил.

– Вы согласны, дьякон Сэндс?

– Согласен.