При обычных обстоятельствах это был бы всего лишь салонный фокус, но Валентайн развил свою идею дальше. Экипажи ЛАКов не могли пережить ускорение, обычное для космических кораблей в гиперпространстве, поскольку их инерционные компенсаторы не выдержали бы. Но если снять экипажи и снять или закрепить подвижное снаряжение, то корабли на буксирном луче, по мнению Валентайна, вполне могли выдержать ускорение.

Ю решил, что инженер сошел с ума, но тот вывел расчеты на экран и доказал, что теоретически это возможно. Саймондсу идея понравилась, и, к немалому удивлению Ю, все сработало.

Пока что они потеряли только два маленьких корабля.

ЛАКи были достаточно большими, так что на каждый требовалось три луча, и один из них отцепился при ускорении. То судно просто переломилось пополам. Другое пережило путешествие, но затем экипаж обнаружил в корпусе трехметровую дыру от двенадцатитонного баллона высокого давления, который сорвался с места и прошелся по кораблю как пушечное ядро.

Конечно, буксирующие корабли были переполнены экипажами, которые не могли находиться в своих судах, и, как сказал Мэннинг, нагрузка на буксирные узлы очень велика. Но идея сработала – и в итоге «Владычество» и «Гнев» мотались, как буксиры, между Эндикоттом и системой Ельцина.

Расстояние было небольшое, для современного корабля всего двенадцать часов в любую сторону, даже с легкими судами на привязи, но современных кораблей было только два, и с собой они могли взять всего три легких судна за раз – два «Гнев» и одно «Владычество». На большее у них просто не хватало причалов. За три дня они перевезли в систему Ельцина восемнадцать из имевшихся на Масаде двадцати ЛАКов – шестнадцать, если вычесть два, которые они потеряли. Этот последний полет «Гнева» перебросит остаток флота. Хоть Ю и не видел тактической выгоды от прибавления численности, масадцам это добавило уверенности в себе, так что, возможно, не все это они проделали зря.

– Мне надо поговорить с послом, – сказал он внезапно, и Мэннинг приподнял бровь, удивленный внезапной переменой темы. – Насчет того, как нам выбраться из-под контроля Саймондса, – пояснил Ю. – Я знаю, нам надо изображать, что это чисто масадская операция, но если я их хоть раз сумею подтолкнуть, то мы покончим со всем за пару часов.

– Да, сэр. – Мэннинг был тронут доверием капитана. В хевенитском флоте такое редко встречалось.

– Может, с починкой пятого луча у меня будет побольше времени на планете. – Ю думал вслух. – Говорить надо лицом к лицу. Я не доверяю нашей связи.

Мэннинг прекрасно понимал, что на самом деле капитан не доверяет офицеру связи, потому что эту должность теперь занимал масадец.

– Я понимаю, сэр.

– Хорошо. – Ю потер лицо, потом выпрямился. – Извини, что накричал на тебя, Джордж. Ты просто попался под руку.

– Для этого старпомы и нужны, сэр, – улыбнулся Мэннинг, не добавляя, что редко какой капитан стал бы извиняться, использовав старпома для одной из предназначенных ему по должности функций.

– Может быть. – Ю с трудом улыбнулся. – По крайней мере, это последний буксирный рейс.

– Да, сэр. А коммандер Тейсман присмотрит за делами на Ельцине, пока мы не вернемся.

– Лучше он, чем этот осел Фрэнкс, – прорычал Ю.

Меч Истинных Мэтью Саймондс постучался в дверь и вошел в роскошно обставленную комнату. Его брат, Томас Саймондс, Глава Старейших Истинных Церкви Освобожденного Человечества, поднял на него взгляд. Выражение его сморщенного лица ободрения не внушало. Рядом с Томасом сидел Старейший Хаггинс, и выглядел он еще мрачнее.

Напротив Хаггинса сидел дьякон Роналд Сэндс.