Как подошла Скарлет, он не видел. Она внезапно возникла справа от него, и вот он уже держит ее под руку, будто сопровождая. Девушка улыбалась ему, ее темные глаза блестели.

— И вы здесь, капитан Соло! А я думала, вы не почтите своим присутствием нашу скромную вечеринку.

Лея сложила руки на груди, сжала губы и вздернула подбородок. Она что-то спросила, и по первому ряду зрителей прокатилась волна смеха. Лицо финдианца потемнело.

— Будь осторожна, сестра,— протянул Хан.— Ты взяла меня за руку, в которой я обычно держу оружие.

— Да знаю я,— отмахнулась лазутчица, опережая его на полшага и оттесняя влево, словно правила животным, везущим экипаж.— Почему бы тебе не посидеть со мной— потолкуем о том о сем, прежде чем ты подчинишься порыву и сделаешь глупость.

— Что?..

Финдианец ткнул длинным пальцем в Лею и что-то пробормотал. Принцесса отмахнулась и села, не обращая на него внимания. Финдианец сжал кулак. Скарлет подвела Хана к маленькому столику, рядом с которым стояла одна-единственная резная скамья, и усадила, все еще не выпуская его руку из своей. Теперь уже не было похоже, что он ее вежливо сопровождает. Если люди сидят так близко и так тесно прижимаются друг к другу, обычно это означает, что между ними есть нечто более интимное.

— Ты собираешься мне объяснить, что происходит?— пожелал знать Хан.

— С удовольствием,— молвила Скарлет.— Спасибо, что спросил. Тот финдианец— Хаврис Мок, глава инженерной корпорации «Соринтехник». Они основные поставщики корабельных орудий для Альянса, но не все это знают, потому что он не стремится отражать сотрудничество в документах. Продолжать?

— Тогда почему он кричит на...

Скарлет пододвинулась ближе, будто отчаянно с ним флиртовала. Это позволило ей говорить почти на ухо.

— Потому что думает, что она собирается отказаться от партии, которую он почти закончил. Он ошибается, но несколько человек приложили немало усилий, чтобы он сделал эту ошибку, и мы все очень рады, что их усилия увенчались успехом.

— Так это, значит, не...

— Если ты посмотришь градусов на пятьдесят левее, увидишь человека в серо-голубом костюме с усиками, которые делают его похожим на вомп-крысу. Видишь?

Тот, о ком говорила Скарлет, сидел в группе из восьми человек и яка и не сводил с Леи и финдианца оценивающего взгляда прищуренных глаз. У Хана возникло ощущение, что именно этого человека ему давно бы следовало пристрелить.

— Сиринис Ламаркин,— пояснила Скарлет.— Он оказывает давление на компании-производители бакты,

чтобы они повышали цены для восстания. Не хмурься, он заметит. Он убеждает себя и всех, кто готов его слушать, что Лея Органа так убивалась с горя от потери Алдераана, что ее психика стала нестабильной и она на грани срыва. Почти свихнулась.

Финдианец снова закричал, и на этот раз Хан смог разобрать слова «нет веры» и «разрываете договор». Лея сделала шаг к Моку и положила ему руку на плечо. На ее лице было вежливое, но непоколебимое выражение. Человек с крысиным лицом повернулся к одному из яка и что-то сказал.

— Сейчас десятки разумных существ смотрят на Лею и ее разгневанного собеседника, и они видят, как она держит себя в руках, твердо стоит на ногах и контролирует ситуацию. И она вовсе не такая, какой изображает ее Ламаркин. Ради этого и был устроен весь этот вечер.

Что он мог бы все испортить своим вмешательством, Скарлет не сказала. Финдианец все еще осуждающе размахивал руками, но энергии в его жестах поубавилось. Лея кивнула, подвела его к своему столику и усадила на место, где раньше сидела Скарлет. Человек с крысиным лицом поднялся и заспешил к выходу из зала.