Изменить размер шрифта - +
И были бы правы, потому что секретарь, спрашивающий ведьму о ее возрасте — идиот. В итоге нормальной работы я бы не нашел и скатился бы до того, что принялся предоставлять магические услуги обычным людям. Потом меня бы обязательно убили в какой-нибудь подворотне, так как подобные печальные истории почему-то всегда кончаются убийством в подворотне. И все из-за того, что я спросил у ведьмы, сколько ей лет. Хотя, возможно, я утрирую, и Хозяйка не стала бы меня увольнять. А просто превратила бы в еду.

Сейчас, во время предвыборной гонки, я служу для Хозяйки центром сбора информации и генератором идей, по поводу чего испытываю противоречивые чувства. С одной стороны я, конечно, хочу, чтобы Елена победила и стала Королевой грядущего юбилейного Шабаша. Во-первых, потому что тогда победа не достанется заносчивой и противной ведьме Лидии, а это уже само по себе приятно. Во-вторых, статус Королевы Шабаша подразумевает власть и множество нехилых ништяков вплоть до следующего праздника — причем, ништяки перепадут не только Ее Величеству, но и королевской свите, к коей я буду иметь честь принадлежать. Ну, и в-третьих, стать Королевой — это круто. Для любой ведьмы это, можно сказать, пик ее ведьминской карьеры.

Но с другой стороны, если Елена не пробьется в Королевы, то будет на Шабаше обычной ведьмой. Напьется, набезобразничает, расслабится… А я, наоборот, напьюсь и не расслаблюсь. А вовсе даже обнаглею. Тут-то у меня наконец и появится шанс ее соблазнить. А то сплошной стыд: больше двух лет хожу у Хозяйки в пажах — и ничего, ни разу. Этак она меня прогонит, и будет права.

Вот такая нешуточная борьба желаний происходила у меня в душе.

— Я слышал, ведьма Лидия приказала разбавлять молоко водой, — подал голос один из старейшин. — Какому домовому такое понравится?

Барабашки принялись вспоминать все слухи, гулявшие в последние время по Москве — чему, кстати, я же и поспособствовал.

— А еще говорят, она собиралась вообще чердак снести!

— Как это?

— А вот так! Снести, а на его месте построить бассейн! А на место домового взять водяного!

— Ничего себе… Бедняга, наверно, не вытерпел такого унижения и сбежал.

Тут Елена решила, что клиент созрел.

— Я обещаю, — громогласно провозгласила она, и домовые моментально умолкли, — что если стану Королевой Шабаша, использую все свое влияние, чтобы никто не смел возводить на чердаках бассейны, сауны и джакузи!

По собранию прокатился довольный гул.

— И вообще, никто не посмеет унизительно относиться к домовым! — Хозяйка, похоже, всерьез увлеклась умасливанием электората. — Пусть только попробуют! Превращу в табуретки, не будь я Королевой Шабаша!

Вопреки ожиданиям, это заявление барабашек не обрадовало.

— Кхм… Видите ли, госпожа ведьма, — несколько смущенно сказал главный, — совсем без унижений не надо. Мы любим, когда нас немножко унижают. Это вселяет в нас уверенность в завтрашнем дне.

Опаньки! Елена кинула в мою сторону строгий взгляд, в ее глазах читался вопрос: "Почему не предупредил?" Я сделал виноватое лицо и показал глазами ответ: "Да я сам офигел, госпожа!" "Плохо, Стас, — недовольно посмотрела мне Елена. — Подготовка — из рук вон!"

Я почувствовал, что домовые вызывают у меня неприязнь. Страдания и унижения им нравятся, видите ли… Мазохисты лохматые, чтоб их…

Между тем Хозяйке предстояло как-то выкручиваться.

— Ваше пожелание будет учтено, — осторожно сказала она. — О полной отмене унижений не может быть и речи. Но их составляющая и размеры будут строго регламентированы.

— Э-э-э? — не врубился малообразованный электорат.

Быстрый переход