Они с удовольствием приняли ее предложение, припомнила Хаскинс, заверив ее, что будут очень ей обязаны, особенно учитывая, что городу ее услуги не стоили ни цента. Она же сказала, что с удовольствием пойдет им навстречу, а если они пользуются влиянием у старого шефа полиции, то должны объяснить ему, насколько выгодно взять в свои ряды закаленного ветерана Эм-Пи и Вьетнама, который будет служить не за страх, а за совесть. Вот таким образом, уточнила она, Сид Форк и влился в ряды полицейских сил Дюранго.

Джек Эдер решился задать еще несколько вопросов.

— Кто служил городским казначеем? Тот тип из ООП, на которого вы работали?

— Да. Он уделял этим обязанностям лишь часть времени. Теперь пришлось работать полный рабочий день.

— И часть рутинной работы он поручил вам?

— Все, от чего он мог отделаться.

— То есть, вы вели протоколы заседаний городского совета и, в сущности, держали в руках всю городскую документацию.

Она кивнула.

— И плюс еще обязанности в сексуальном кооперативе?

— Они по-прежнему платили и заходили ко мне раз-другой в неделю. Но я им, скорее, оказывала терапевтические услуги, чем сексуальные. Они любили болтать со мной обо всем, что приходило в голову.

— Обо всем и обо всех.

— И обо всех, — согласилась она.

— Предполагаю, вы прекрасно помните все, что вам говорилось.

— Я все записывала.

— Общество охраны прав потребителей, юрист и фармацевт, — сказал Эдер, словно размышляя вслух. — Должны быть, они обо всех в городе знали, у кого какой скелет в шкафу.

— Если даже что-то от них и ускользнуло, Сид был начеку.

— Между вами по-прежнему сохранялась близость?

— Он приходил вечером по воскресеньям.

Эдер кивнул в знак понимания, если не одобрения, такого расписания, хитро взглянул на нее и спросил:

— И кто же из них в конце концов скончался на вас?

— Фармацевт.

Она сказала, что он умер от аневризмы аорты в 1973 году, вскоре после того, как ей исполнился двадцать один год. Поскольку выборов в том году не предполагалось, городской совет потребовал от мэра назначить преемника выбывшему члену до окончания срока полномочий совета, и выбор мэра должен получить одобрение большинства совета.

— Поскольку в его составе осталось только четыре человека, голосование могло оказаться довольно сложным, — заметил Эдер.

— Голос мэра мог оказаться решающим.

— За вас, должно быть, были отданы два весомых голоса в совете — от ООП и юриста.

— И кроме того и мэра. Остальные два члена совета предполагали, что он изберет какого-нибудь молодого, решительного и амбициозного юриста. Но два моих приятеля убедили его, что он проявит незаурядную мудрость, если предложит кандидатуру молодой женщины, которая будет, как всегда, вести протоколы и обеспечивать документацию.

— И сколько вам потребовалось времени, чтобы утопить мэра?

Хаскинс сказала, что у нее ушло на это пять лет. Она отслужила до конца срока полномочий совета и была переизбрана в него в 1972 году и в 1976-м году. В 1978 году она возглавила список кандидатов и выступила против засидевшегося на своем посту мэра, обвинив его в пренебрежении своими обязанностями, некомпетентности и намекнув, что его давно уже пора сдать в архив, хотя Сид Форк советовал ей не разжигать этих страстей, напоминающих детские жалобы.