Изменить размер шрифта - +
Вот ему шаман и посоветовал, в течение трех дней с восходом солнца приносить в жертву богу любви Диньдиню молодого мужчину, предварительно его оскопив. А этими… его достоинствами украшать изголовье супружеского ложа. Если это не принесет должного эффекта, то на четвертый день надо съесть печень оборотня, тогда уж точно все получится.

    -  Чепуха! - сказал я, пытаясь не выдавать ни волнения, ни испуга. - Это ему не поможет.

    Наш собеседник изобразил ухмылку щербатым ртом.

    -  Все так говорят. Все приговоренные. Но идут на жертвенник как милые послушные овечки. Не переживайте, - он сложил ладони перед грудью и закатил глаза к небу, став похожим на пастора. - Все там будем!

    -  Собственно говоря, - продолжал толмач, я для того к вам и явился, по-христиански исповедать вас. Кроме того, каждый из вас имеет право на последнее желание. Будет исполнено все, что в наших силах (кроме свободы, конечно). Можем привести вам сюда по куртизанке, прикатить бочку вина, зажарить быка…

    -  Я хочу говорить с вашим шаманом! - воскликнул я. - Вот мое желание. Хочу говорить с ним с глазу на глаз, без свидетелей. Мои друзья, разумеется, не в счет.

    -  Как же вы будете говорить с ним без толмача?

    Черт! Об этом я не подумал…

    -  Я знаю язык Туа-Тао, - сказал Лева.

    -  Вот, видите! Пожалуйста, приведите шамана. Всего на два слова.

    В подкрепление просьбы, я достал из кармана штанов золотой рупь и протянул его толмачу. Рупь мгновенно исчез в недрах надетых на него лоскутов. Также мгновенно исчез и он сам.

    Час-другой прошел в томительном ожидании. На безопасном отдалении от нашей клетки собрались ребятишки. Они указывали на нас пальцами и что-то выкрикивали. У молодых женщин тоже нашлись какие-то дела в разных концах деревни, как предлог продефилировать мимо нашей тюрьмы и бросить беглый взгляд в нашу сторону. Наконец, появился шаман. То, что это он, было нетрудно догадаться по истатуированному лицу, особо изощренному пирсингу и куче навешанных на него побрякушек из костей каких-то животных и блестящих камушков. Он произнес что-то типа "Талапупа на балуту". Лева перевел:

    -  Ты звал меня, чужеземец?

    -  Я хочу спросить, уверен ли ты, о великий шаман племени Туа-тао, на все сто процентов в эффективности завтрашнего культового обряда?

    Лева затормозил.

    -  Ты чего?

    -  Никак не могу вспомнить, как по-ихнему звучит "эффективность".

    -  Переводи своими словами. Когда потребуется дословный перевод, я тебя обязательно предупрежу.

    -  Акупа апата лопата на фигата, - пробубнил Лева.

    Шаман задумался и что-то проговорил.

    -  Он сказал, - перевел Лева, - на все воля богов. Но боги бледнолицего пришельца, наверное он имел в виду нашего толмача, очень благодушны после такого ритуала.

    -  Паразит! - снова раздался голос из волчьей клетки.

    -  Это ты не переводи, - предупредил я Леву. - Скажи ему вот что: у меня есть средство, которым я излечил множество мужчин от мужской слабости, и действует оно безотказно уже сотни лет.

    Лева перевел.

    -  У них лунный календарь, - пояснил он мне. - Я сказал: столько лун, сколько звезд на небе.

    -  Молодец! Ты прямо поэт.

    -  Мабута батута киргуду бамбарбия, - после небольшой паузы произнес шаман.

    -  Он говорит, дай свое средство, если жертвоприношение не подействует, они испробуют его.

Быстрый переход