— Через машину, значит, — задумчиво протянул я.

— Не слышу удивления в твоем голосе, — хмыкнул Юрий.

— Его и нет. Что-то подобное я и предполагал. Неспроста в ней работает навигатор даже после конца света. Твою машину тоже можно отследить?

— Конечно, — кивнул Защитник. — А еще у нее багажник забит ничуть не хуже, чем у Беловой.

— Но спасенные тобой об этом не знают, — констатировал я. Через пару секунд задал напрашивающийся вопрос: — Так Белова жива?

— Жива. И изо всех сил пытается найти других выживших Защитников.

— Их настолько мало? — я посерьезнел. — Что с Лагерем Эвакуации? Там-то должны быть чипир…

— Начнем с того, — перебил меня Юрий, — что за последний месяц я нашел четыре Лагеря и прочесал окрестности рядом с ними. Внутрь мне удалось попасть лишь в одном, в Новосибирской области. И то потому, что нас было трое. Я, Белова и китаец.

При упоминании китайца невольно скривился, догадываясь, о ком идет речь.

— Как ты вообще с ними сошелся? Ты с той же базы?

— Нет. Наша находилась на севере Томской области. После бойни мне посчастливилось выжить, и я знал, где располагается местный Лагерь Эвакуации. Но не смог подъехать ближе чем на километр — все кишело люмпусами. Решил ехать к центральной сибирской базе. По дороге меня перехватили китаец и Белова. У этой заразы, оказывается, есть устройство для отслеживания машин Защитников.

Стало быть, не только «Тундра» Натальи особенная. Они «прокачивают» тачки всем своим сотрудникам? Повышают шанс выживания и получают возможность отслеживать передвижения? Удобно…

Значит, Белова всегда знала, где поселилась наша троица. И не сочла нужным явиться. Вот же стерва!

— Как я уже сказал, Восточный Новосибирский Лагерь Эвакуации мы посетили вместе. Огромных трудов стоило зачистить его от двергусов и убедиться, что выживших не осталось. Лишь горы трупов. Правда, их оказалось все-таки меньше, чем мы предполагали. Обшарили Лагерь целиком, и в одной из комнат нашли зашифрованные координаты другого Лагеря.

— Стоп! — на сей раз я не мог смолчать, ничего не понятно. — Еще раз. Вы знали местоположение лагеря. Откуда?

— Основные эвакуационные точки были заранее определены. В Новосибирской области и Красноярском крае их по четыре. В Томской и Кемеровских областях по две. Но это исходные самые укрепленные точки. Лагеря первого порядка. Но есть и второго. Их тьма-тьмущая в каждой области. На случай, если основной лагерь будет уничтожен. Они нигде и никак не задокументированы, потому что любая промышленная база, любой склад, любая ферма может стать таким лагерем. Еще задолго до конца света наши инопланетные партнеры советовали не использовать цифровые координаты или сложные математические шифры. Враги умны. Поэтому командирам конкретного Лагеря Эвакуации необходимо заранее решить, куда, если прижмет, они поедут дальше. И оставить координаты. Под Новосибом, например, было написано «Аршавин-доцент Владимирский». Как думаешь, что это значит? — Юра криво усмехнулся.

— Понятия не имею, — признался честно.

— И я согласен, та еще ересь. Единственная зацепка — подробная карта Новосибирской области, найденная нами в другой части лагеря. Однако Белова была полна решимости разгадать загадку. В тот день наши пути разошлись. Она дала мне координаты Западного Красноярского Лагеря Эвакуации и Северо-Кузбасского. Первостепенная задача — узнать, в каком состоянии лагеря. Тогда же она дала мне координаты своей «Тундры» и рассказала о вас.