– Я подумаю, – ответил, удивляясь, что сразу не послал подальше эту странную дамочку.

Какое-то время мы не разговаривали. Леся вновь начала мурлыкать песенки. Искоса поглядывая на нее, я думал, какие же разные бывают Защитники. Эту балаболку же тоже прогоняли через испытание стрессом. Стало быть, образ беззащитной милашечки не более чем маска? И это славно. Другим в новом мире не выжить.

Однако плохо другое – все трое прибывших Защитников имели сравнительно низкий уровень синхронизации с чипом, соответственно, с космопраной еще ниже. Днем за обеденным столом я проверил каждого. Человек-щит Алексей соответствует моим сорока двум процентам, человек-огонь Олег – тридцати шести, человек-связь Олеся вообще двадцати пяти. Все Искусственные Омеги. Таким составом конунга не завалишь…

– А долго еще ехать? – вновь заговорила девушка.

Я глянул на одометр – мы проехали чуть больше сотни, совсем недавно только пересекли Кемерово. Еще колесить и колесить.

– Часа четыре, – проговорил я.

– Бе… – протянула Леся. – Так мы действительно затемно доберемся!

– Ну а что поделать, – усмехнулся я.

Вскоре мы проехали поселок Латыши, за ним трасса раздваивалась, как змеиный язык. По привычке я чуть было не повернул налево, но вовремя спохватился и направил УАЗик в другую сторону. Сердце тут же пронзила тупая боль.

– Ты чего? – вновь прекратив мурлыкать себе под нос, изумленно выпалила девушка.

– Все хорошо, не волнуйся, – попытался как можно добрее улыбнуться.

– Ну-ну, – скептически протянула она, отворачиваясь к окну.

А что мне остается? Зачем лишний раз грузить человека своими проблемами и рассказывать, что в каких-то двадцати пяти километрах от Латышей буквально пару дней назад располагалась база моего клана? Теперь полностью уничтоженная. А от самого клана осталась лишь горстка без вести пропавших.

Заметил, что в салоне стало тише. Повернул голову и увидел, что цветастая певичка уснула. Молодец. Завидую…

Спустя какое-то время езды по пустой дороге без музыки и собеседника я сам начал клевать носом. Сказывались накопившийся недосып и стресс. А также унылое однообразие за окном. Не люблю серые снежные дни. Куда приятней голубое небо да яркое солнце, отражающееся от снежной глади.

Несколько раз я бил себя по щекам, чуть рот не порвал от постоянной зевоты, а глаза все слипались и слипались…

– БУ! – гаркнули мне в ухо.

Встрепенувшись, я случайно дернул руль и едва не слетел с дороги. Благо скорость невысокая, и реакция в последнее время стала заметно лучше, чем раньше.

– Дура, что ли?! – закричал я.

– Зато ты проснулся, – резонно заметила девушка. – Паркуйся, меняемся.

– Ты водить-то хоть умеешь? – не скрывая скепсиса, хмыкнул я.

– Получше твоего, котик, – цветастая расплылась в милой улыбке. – Да и стаж, думаю, побольше будет.

– Побольше? Ха! Сколько тебе лет? Шестнадцать? Ты что, с восьми лет ездишь?

Отстегнув ремень безопасности, она приблизилась ко мне настолько, что коснулась теплыми губами мочки уха.

– Тридцать один, – прошептала она. – А теперь давай тормози и баиньки. Старших нужно слушаться.

Она отодвинулась и положила ладонь на ручку двери.

– Ну, котик? Мне что, на ходу выпрыгивать? Эх! Говорила мама, не связывайся с этим ненормальным, мы тебе профессорского сынка найдем! Но нет! Не послушалась, теперь вот мучайся с ним всю жизнь!

Нажимая на педаль тормоза, я думал, что все же был неправ – эту тоже мне хочется прибить.