— Сама не знаю, — засомневалась Рената.

— Это значит «да»? Вы согласны?

— Угадайте!

— Тогда я за вами приду!

— Нет, не надо, чтобы вас увидела пани Зиморович!

— Сегодня в восемь в «Лувре»?

— Я уже вам сказала: угадайте! А сейчас идите уже!

— Люблю загадки и хорошо разрешаю головоломки, — Попельский поднес к губам узкую ладонь, которая поначалу сопротивлялась, а потом сделалась податливой. — Я уверен, что отгадал! «Лувр». До свидания в Париже сегодня вечером, панна Рената!

Сбежал по лестнице легко, как юноша. Возле открытых ворот сидел сторож и дремал на майском солнышке. Когда Попельский остановился возле него, Дудек проснулся.

— Закурите? — Попельский протянул ему портсигар с любимыми «Египетскими».

Тот вытащил две сигареты, одну сунул в рот, вторую заложил за ухо.

— Для брата в армии, пан Дудек? — спросил Попельский, удовлетворенно затягиваясь.

— Ая, что-то паренек фест раскурился!

— Скажите-ка мне кое-что, пан Дудек, — Эдвард вытащил из кошелька очередные двадцать грошей. — Вчера в одиннадцать вечера пани Зиморович была дома или нет?

— Не было ее, — сторож протянул руку к деньгам. — Уехала на дачу в Брюховичи, а нынче вернется!

— А обе панны были? — Попельский оказался проворнее и монеты сторожу не отдал.

— А то чего вы такой скорый! — Дудек жадно смотрел на деньги. — Такие большие траты!

— Это все мне и так слишком дорого обходится, — Попельский спрятал монету в карман и двинулся по залитой солнцем улице.

— Подождите! Но ведь же вы быстрый! — сторож подбежал к Эдварду и прошептал ему на ухо: «Чернявой біні не было, а у панны Столецкой то целую ночь инженер был».

— Какой инженер? — в Попельском проснулся полицейский. — Вы его знаете?

— Да я ґанц забыл, как он зовется!

— А это вам не напомнит? — в выхоленных пальцах Попельского блеснули двадцать грошей.

— Тот цванциґер мне напрочь все напомнил, — Дудек спрятал монету. — Инженер граф Бекерский. Имеет большое имение, но где, это я ни знаю.

Попельским овладела такая ненависть, что он увидел, как владелец имения в Стратине лежит в крови и блевотине возле дома. Протянул сторожу руку. Лучше, чтобы он был на его стороне, когда с Бекерским — рано или поздно — произойдет что-то плохое в этом доме на Линде. А потом он больше об этом не думал. Все его внимание поглотили картины ménage à deux — с ним и Ренатой в главных ролях.

Когда вернулся домой, его настроение уже в который раз за это утра изменилось. Леокадия сообщила, что звонили от секретаря самого воеводского коменданта. Инспектор Чеслав-Паулин Грабовский желал встретиться с Попельским сегодня в шесть у себя в кабинете.

VI

До назначенного Попельскому воеводским комендантом часа оставалось еще немало времени. Почти весь день. Двухчасового сна было бы достаточно, чтобы переспать самое яркое полуденное солнце и восстановить силы, подорванные вчерашним пьянством. Как раз столько времени было нужно, чтобы отдохнуть после непредсказуемых и изменчивых утренних событий, которые терзали его чувства.

Попельский заслонил шторы в кабинете, на голову натянул вышитую повязку для глаз и залез под одеяло. Закрыл глаза и начал ждать момента, когда мысли перестанут беспорядочное движение в голове и превратятся в ряд картин — нежных, спокойных и сонных.