— Потому что ты всё переврал!

— Слово в слово наябедничал. Графиня моментально определила, у каких дур ты столовался и… короче, что имеешь — то имеешь. Когда-то я победил тебя и привязал к себе. Пришло время отпустить. Твой срок годности подошёл к концу.

— Не понял… Ты меня с консервами просроченными сравниваешь⁈

— А с чем ещё? Я же для тебя тоже из этого разряда. Не веришь — вали к Юлии. Пусть она скажет, что думает обо всей этой ситуации.

— Ну и свалю! Только… Она запретила к ней соваться.

Вздохнув, вышел из комнаты и подошёл к двери графини. Постучался. Она, посмотрев на мою унылую рожу, сразу всё поняла.

— Одет прилично, веника из цветов не наблюдается. Значит, проблема не в мужском естестве. Блудный щен права качает?

— Ага. Тиранит тиранскими выражениями. И знаешь, кто из нас тиран, при этом?

— Если у баб столовался, то по определению ты. Запускай и закрой дверь с той стороны. Я щас такое Таксу рассказывать буду, что нормальному мужскому уху не следует слышать. Можешь умишком тронуться и в мужеложцы записаться.

— Только не это! — резко поверил я ей, понимая, что Юлия сейчас серьезна, как никогда.

Через два часа Такс снова появился в моей комнате. Прямо перед моим носом нарисовался, глядя в глаза.

— Братан, пиво имеется? Серьёзный базар будет.

— У меня только графин с водой.

— Не проблема…

Не знаю, где дух промышлял, но ящик пива через несколько минут появился на столике между нами.

— Короче, — заявил Такс, хвостом скидываю крышку с первой бутылки. — Рамсы попутал. Тут каюсь без вариантов. Ты, правда, тоже хорош… Зачем графиню на меня натравил? Баба не просто с яйцами, а с бычьими! Будь сучкой, то забеременел бы от её выволочки, а так лишь неприятным скрипом в области ануса отделался.

— Суровая?

— Конкретная! Ты имей в виду на будущее. Но мы же с тобой не тёлки на выданье, чтобы прошлое вспоминать?

— Степень брутальности снизь. Раньше как личности общались и письками не мерялись. В этом была наша сила.

— Сила в правде, брат. И ты сейчас говоришь правду. Как думаешь, стоит эти организации недоделанных свободоугнетённых инвалидов расхреначить?

— Зачем? Они все на учёте. Пусть ноют дальше под присмотром. Не будет этих, придут другие. Слабые люди обязательно ищут виновных и оправдания своей никчёмности.

— Это да… — кивнул Такс. — Юлия Петровна очень доступно объяснила на своём примере, что из себя правильный человек представляет.

— Ещё чего объяснила? — заинтересовался я.

— В принципе всё. Но разговор начала с хорошего пинка по морде. Культурная барышня, а бьёт профессионально с разворота. Уважуха!

К концу ящика пива мы уже пьяно братались с Таксом, клянясь в верности до гробовой доски. На самом деле, так оно и было изначально. Без занудных объяснений обошлись, но когда банальные слова сказаны от души, то окрыляют.

В четвёртом часу утра, поняв, что душеизлияния пошли по хрен знает какому кругу, протрезвели.

— Задание есть для тебя, — перешёл я к делу. — Нужно отследить Бугурских. Лизку и Иннокентия. Связаны с наркотой, но где её производят — неизвестно.

— Говно вопрос. Единственное, повозиться придётся. Без меня проживёшь несколько дней?

— Мне скучать не дают. Ты сам, главное, не вляпайся.

— Опять абьюз⁈ — сделал большие возмущённые глаза Такс.

— Конечно! Не доводи до харасмента!

— Иди в жопу! — рассмеялся он. — Только не в мою, естественно!

Как только я изобразил всю суть проблемы, Такс исчез.