Что-то в голосе Бутлера заставило меня спросить:

— Все ли?

— Ну… — протянул Роман, — это уж совсем… Понимаешь, один из этих НЛО, светящийся диск, по описанию полицейских, который возник как бы ниоткуда и медленно плыл над землей…

— Не тяни, — строго сказал я.

— Он двигался, петляя, вдоль улицы, а полицейские следили, и диск доплыл до дома, где жили родители Дины и завис напротив окон их квартиры. Мне сообщили по телефону, и я помчался, хотя понятия не имел, что можно было сделать… Но опоздал. Диск, говорят, повисел напротив окна минут десять, резко взмыл вверх и… И все.

— Ты думаешь, кто-то хотел дать знать…

— Я ничего не думаю, это уже вне моей компетенции. А Леверет до сих пор убежден, что это была…э-э… сама Дина. В конце концов, его теория ничего не говорит о том, какие изменения претерпевает материальное тело, проходя сквозь области взаимопроникновения миров…

— Кстати, — сказал я, — один экстрасенс утверждал, что у меня очень большое биополе. Чуть ли не десять метров.

— Вот именно, — улыбнулся Роман. — Потому-то я и не сказал тебе, где находится область перехода в Петах-Тикве. Историки — как дети.

— Ничего ты не понимаешь, — возразил я. — Ведь там есть свой Израиль со своей историей.

— Одной тебе мало?

Одной мне вполне достаточно. Но если Бутлер вообразил, что у меня нет аналитических способностей, то он ошибся. Вот уже третью неделю я езжу по утрам в Петах-Тикву и разговариваю с людьми. Еще неделя, и я буду знать. Если вернусь — расскажу.

Глава 5

ВЫБОРЫ

— Помнишь, ты говорил мне о том, что какого-то бизнесмена убили с помощью компьютерной дискеты? — спросил я у своего соседа, комиссара тель-авивской криминальной полиции Романа Бутлера.

— Что? — рассеянно переспросил Роман, глядя на меня как на пустое место, или, если быть точным, как на министра иностранных дел Игаля Фишмана. Я повторил вопрос.

— А! — сказал Роман. — Видишь ли, я, конечно, выразился фигурально… Убили не дискетой, а программой, которая была на дискете записана. И ничего тут интересного нет, мы быстро разобрались. Ты же помнишь, как пять лет назад прошла эпидемия компьютерного гриппа?

— Помню, — сказал я, передернувшись. Еще бы не помнить! Пять лет назад на рынке появились компьютеры типа ВР первого поколения, и каждый пользователь, вроде меня, получил возможность забираться в виртуальную реальность компьютерных программ. Тогда же появились и новые типы компьютерных вирусов. Нет, принципиально ничего не изменилось — вирусы портили компьютерные программы, как и тридцать лет назад. Но ведь теперь в каждой программе проживал с десяток пользователей, для которых в данный момент эта программа ничем не отличалась от самой взаправдешней реальности! Подхватив компьютерный вирус, можно было заболеть вполне реальной болезнью, которая от обычного, скажем, гриппа отличалась тем, что имела полный набор симптомов и ни малейших следов известных врачам вирусов. И если раньше врачи говорили, что лечат не симптомы, а болезни, то теперь приходилось лечить именно симптомы, поскольку никакой физической болезни, естественно, быть не могло.

Но, черт возьми, можно ведь умереть и из-за симптомов! Я сам года три назад едва не отдал концы, подцепив в программе «История Полинезии в XIX веке» все симптомы гонконгского гриппа. Насколько я понял моего приятеля Романа Бутлера, убийство, о котором он мне так и не рассказал, было осуществлено именно таким способом — некий пользователь умер от симптомов бубонной чумы, будучи абсолютно здоровым человеком!

— Компьютер, — сказал я, — благо цивилизации, но вымрем мы, скорее всего, именно из-за компьютеров.