Вестингауз дернулся, услышав последнюю цифру, но потом цыкнул зубом и принял платеж.

— Я сейчас переоформлю его на вас… Ваше приобретение здесь недалеко — в четвертом доке. Сориентируетесь?

Еще бы он не сориентировался. Там, в камере хранения четвертого дока, лежало его драгоценное барахлишко!

* * *

— А ничего машинка! — Кормак–старший мерял шагами корпус кораблика. — Пятнадцать метров в длину. Компактно! И внутри есть весь необходимый минимум… И как зовут этого железного коня?

— Легкий катер «Эрнест». Иоахим одобрил, диагностика показала, что ресурс двигателей выработан едва на 7%, корпус не битый, не крашеный… — нервно хохотнул Гай.

Ему неловко было чувствовать себя капитаном космического корабля. Это было настоящее исполнение детской мечты, только какое–то не такое. Как будто вместо горного велосипеда на лкнь рождения подарили детский трехколесник. С другой стороны — ну не патрульный же крейсер ему сразу осваивать?

— Тогда чего мы тут торчим? Там дома уже заждались! Ты–то на бренную землю Абеляра спустишься?

— Ну а как же? Должен же я в офис «Центавра» попасть или нет?

— Ну тогда — по коням?

— Ну давай. Поехали!

Кормаки устроились в кабине «Эрнеста», Мич пристроился на приборной панели. Гай с дурацкой улыбкой подумал, что звереныш напоминает ему игрушки в кабинах дальнобойных фур, которые так любят некоторые водилы на родном Абеляре. И головой мотает так же!

— Диспетчер, говорит «Эрнест». Разрешите взлет.

— Взлет разрешаю. Траекторию на экране видите?

— Вижу.

— Доброго пути! Конец связи.

Гай замер на секунду и произнес:

— Ну, с Богом?

— Давай, сына!

Новоиспеченный капитан корабля передвинул рукоятку управления двигателем в положения «ПУСК», дождался появления равномерного гула, сверился с приборами, щелкнул предохранителем и, почувствовав как ощутимо придавило к спинке кресла, потянул штурвал на себя, выводя катер сквозь раздвинувшиеся створки ангара.

По широкому кругу «Эрнест» обогнул Сына Маминой Подруги и ушел в гиперпространство, оставив после себя яркие всполохи и колебания ткани мироздания.

* * *

Для малых кораблей проблем с посадкой на Абеляр не было — нужно было только согласиться на досмотр. А делать этого Гай не хотел категорически. Так что оставалась стыковка и пересадка на шаттл.

Быть владельцем собственного корабля оказалось накладно — топливо и место у одного из терминалов «Абеляра‑1» уже обошлось в пять тысяч кредитов. Пока что Гай мог себе это позволить, но следовало задуматься о новом визите в Сезам, если «Центавр» по какой–то причине не выплатит страховку.

— Чего задумался, сына? — Кормак–старший откинулся в кресле шаттла. — Второй глаз у тебя, кстати, тоже зеленеет. Нужно будет маякнуть братьям — кто бы мог подумать, что гипнопрограммы так хорошо работают!

— Да я всё понять не могу, как так вышло что у меня образовалась вдруг целая куча дел! Всю свою жизнь я был достаточно стационарен — сначала тут, на Абеляре, потом — на чертовой Тильде Бэ, после этого — на Ярре… А теперь скачу по галактике, понимаешь ли… И всё это становится похожим на снежный ком! Господи, да я еще даже толком после кораблекрушения не легализовался, а тут то одно, то другое… И самое удивительное, пап, что мне ужасно везет. Я ведь должен был подохнуть раз двести за это время, понимаешь?

— Еще как понимаю. И есть у меня этому самое простое и самое сложное объяснение одновременно.