— Ты всё–таки решил лететь на Ред Сокс?

Гай помолчал немного. Ну а что он мог сказать? Представитель «Центавра» чуть в обморок не упал, когда встретил Гая в кабинете Рудольфа. Этот пожилой менеджер разве что в ноги не кланялся, умоляя отправиться в центральный офис и наконец–то уладить недоразумение с компенсационной выплатой. Обещал билет на любой лайнер до штаб–квартиры компании и обратно — на Дезерет. Он говорил, что дело с крушением раздули в СМИ, что репутационные потери несоразмерно большие, и котировки акций находятся в самом печальном положении. «Десять дней! Уделите десять дней на перелеты, общение с руководством компании и краткую пресс–конференцию, и переговоры о компенсации пройдут в исключительно благоприятном для вас ключе!» — уверял менеджер.

Не то чтобы Гаю теперь нужны были деньги «Центавра», просто он решил, что пора заявить о Ярре на весь освоенный космос, ну или стрясти с корпорантов чего–нибудь полезного для планеты. И не воспользоваться таким шансом было бы просто грешно.

— Слетаю, — кивнул он. — Десять дней! Что такое десять дней? Я уже передал Рудольфу список закупок для Ярра — в астероидном поясе организуют настоящую крепость! Ты позаботишься об «Одиссее» — сделаешь из него конфетку?

— Сделаю! — улыбнулась девушка. — И кружевные шторки в капитанской каюте, да?

— Лучше в каюте второго пилота и оператора БИЦ, — Гай искоса посмотрел на нее.

— Это предложение о трудоустройстве? — Эбигайль изогнулась и заглянула ему прямо в глаза.

Парень не удержался, притянул ее к себе и крепко поцеловал, Эби ответила, а потом отстранилась:

— Начало служебного романа, м–м–м? Что там по поводу трудоустройства?

— Ну–у–у, я буду просто счастлив если ты согласишься перейти ко мне на «Одиссей», когда у тебя контракт закончится. Знаешь, я балдею когда смотрю, как ты пилотируешь…

— Прямо вот так — балдеешь? А как же это твоё «айн–цвай?»

— Ну, сравнивать альтрайтское «айн–цвай» и твой пилотаж — это как заставлять боксера и балерину соревноваться в беге. О чем тут можно говорить? Как, кстати, тебе кораблик–то?

— Слушай, это счастье в чистом виде! Умели строить, да? «Самтер» против «Одиссея» — это как… Как тот транспортник против «Самтера». Так и знай — я истрачу на него всё, что ты выделил, до последнего кредита! Есть специалисты, фанатики своего дела… В десять дней не уложимся, приедешь — присмотришь за процессом. Так что «Эрнеста» не продавай — пригодиться.

— На «Эрнеста» я тебе тоже доверенность оформил.

— Не боишься? Вдруг я какая–нибудь коварная хищница, которая только и ждала богатенького простофилю, чтобы его облапошить?

— Да–да, и дождалась… В криокапсуле, пф–ф–ф-Ф! — фыркнул Гай. — В дебрях Ярра у меня не было ни корабля, ни миллионов, ни собственной планеты — и на кой черт я тебе сдался, ума не приложу!

— Любовь зла! — улыбнулась Эбигайль.

А Гай уцепился за ее фразу:

— Любовь?

— Ну–у–у-у… Вообще–то такие вещи первыми должны говорить мужчины, так что не дождешься! Лучше скажи, где мы возьмем команду? Если я правильно тебя понимаю, спектр задач будет очень м–м–м-м… Разнообразным, верно? Значит нужен полный комплект: инженер силовой установки и гиперпривода, медик, канонир, программист, абордажники — ну или мангруппа, карго, оружейник… По–хорошему — инженер–робототехник и инженер–ремонтник, научные специалисты для локальной лаборатории…

— Серьезный подход! Ну, Давыд Маркович на первых порах сможет помочь в управлении кораблем, но в целом я с тобой согласен, и кое–кто у меня есть на примете… Вернусь — начнем подбирать команду.