— Люди приезжают сюда летом отдохнуть, останавливаются в гостинице… и говорят о Портвене, как будто это какое-то особенное место. — Он пожал плечами.

— А вы сами его таким не считаете? — улыбнулась Шарлотта.

Он покачал головой.

— Рыбная ловля здесь хорошая, а так Портвен ничем не отличается от других поселков в Уэльсе.

Потом они с женой в сопровождении Дерины пошли в прачечную посмотреть на треску, и Шарлотта услышала, как они перешли на родной валлийский язык. Ей снова захотелось поскорее уехать домой. Хотя Дерина заботилась о ней, старалась вовремя и вкусно покормить, Шарлотта никак не могла наитие ней общий язык, и не только из-за языковых трудностей. Возможно, между ними лежала слишком большая разница в жизненном опыте.

Приходили письма от Эдварда. Он объяснял, что один из его коллег заболел, поэтому сейчас он приехать не может, но заберет ее при первой же возможности и некоторое время она поживёт у его тетки.

На следующий день Шарлотта пошла посидеть на берегу. Гористый мыс был покрыт позолоченным майским солнцем утесником, а на склонах за ее спиной уже зацветала морская гвоздика. Она следила, как рыбаки стаскивали по деревянным сходням лодки, забирались в них и уходили в море. Волны, словно успокоившись, одна за другой тихо накатывали на берег. Казалось, кораблекрушение было когда-то, очень давно.

Шарлотта еще раз перечитала письмо Эдварда и задумалась о том, что станет делать после возвращения в Хаддстоун. Просто жить с теткой Эдварда, которую она совершенно не знает? Или подыскать себе какую-либо работу? Но какую? Она получила приличное образование — об этом позаботился ее отец. И читала, вероятно, больше, чем большинство девушек ее окружения. От матери она унаследовала умение вести хозяйство и частенько помогала в лавке.

— Самая подходящая погода, чтобы погреться на солнышке, — услышала она голос у себя за спиной.

Шарлотта обернулась и с радостью увидела улыбающуюся Марджи Ллойд, которая спустилась с холма. Она говорила на английском более бегло, чем большинство обитателей Портвена. Марджи присела рядом на камень. Через несколько месяцев она должна была родить, и движения ее уже стали несколько неуклюжими.

— А я к вам с сообщением, — сказала она. — Я встретила Дерину, она буквально вне себя от возбуждения. Ей только что принесли телеграмму о том, что её отец возвращается домой раньше, чем ожидалось. И она сразу бросилась готовить — все блюда, которые он любит, специальный хлеб с корицей, целые горы наших пирогов. Носится по всему дому как шальная. Вы такой суматохи и не видали, — Марджи покачала головой.

— Ой! — воскликнула Шарлотта. — Значит, мне нужно уезжать, я больше не могу у них оставаться.

— Боже мой, что вы, конечно нет! — Марджи похлопала ее по руке. — Я уверена, в доме для вас полно места. И капитан Уоткинс будет рад с вами познакомиться. Вам будет с ним интересно, он так увлекательно рассказывает о своих путешествиях…

— Я жду, когда за мной сможет приехать Эдвард Блейк, — сказала Шарлотта.

— Жаль, что вам вообще придется уехать, — сказала Марджи. — Мне хотелось бы, чтобы вы остались здесь. А сейчас пойдемте со мной пить чай.

— Может, мне пойти помочь Дерине?

— Не волнуйтесь, она сама справится! — ответила Марджи, погасив улыбку.

Они пошли мимо приземистой гостиницы, поднялись на мыс и по извилистой тропинке, которая бежала вдоль берега, добрались до ряда выкрашенных розоватой известкой коттеджей.

— Я рада случаю поговорить с вами наедине, — сказала Марджи за чаем.