|
Новых писем нет, новости только приятные, в листе почтового телефона ICQ – одни красные имена, означающие, что все знакомые спят и видят сны. Все таки для первого января она встала безбожно рано. Курсор мышки сам собой навелся на нужную иконку: «Вас приветствует „Старая Москва“», – побежали по экрану знакомые строки. «Может, он здесь?» Настя сама не понимала, почему вдруг замерло сердце. Она крепко зажмурилась, досчитала до трех и, приоткрыв один глаз, взглянула на экран.
«Сейчас в чате: Тагир, Зульфия и Боб Соевый», – уведомил ее компьютерный призрак.
Не успела Настя набрать свое имя и пароль, как Боб и Зульфия уединились в личном кабинете – чат предоставлял такую возможность. Опять они одни с Тагиром.
– Доброе утро. – Она написала это почти спокойно, хотя пальцы подрагивали – непонятно почему. Что то забыла? Ах да. Улыбку смайлик.
Он ничего не ответил, немного помедлив.
– Утро добрым не бывает. Я не верю. – Сегодня слова Тагира, его ответы строчки были темно синего цвета, как ночное небо, и такие же тяжелые.
– Простите?
– Не верю вашим словам, – пояснил он, и Стасе показалось, что она слышит его голос. Голос произносит фразы медленно, с почти незаметными паузами, как будто собирался с силами, чтобы произнести следующее слово. – Вы сказали, что утро доброе, но вряд ли оно такое для человека, который наутро после новогодней ночи уже на ногах. Вы вчера поздно легли.
Настя покачала головой.
– Пусть так. Это всего лишь дань вежливости.
Смайлик усмешка.
– Я всего лишь сказала «доброе утро», – начиная раздражаться, произнесла Настя вслух. Немного подумала – и написала то же самое.
– Простите, – сказал он. – Простите, я устал, я плохо спал, у меня отвратительное настроение и… не важно. Вы тут ни при чем. Простите. Доброе утро.
Стася машинально отпила кофе, окончательно переставая что либо понимать. Что то в этом Тагире такое, будто они…
– Мы знакомы? – осторожно поинтересовалась она.
– Вряд ли. А если бы и были – это не меняет дела. В Сети все незнакомцы. Двойная маска, в дополнение к обычной, довольно тяжело…
Стася грустно улыбнулась – вот буквально вчера она думала о том же самом. Маски. Инкогнито. Все это – Сеть. А может быть, Сеть – единственное место, где можно быть самой собой?
– Я… мне пора. – Нужно было готовить завтрак. Неизвестно, кто этот Тагир. Может, кто то из знакомых разыгрывает, а может, скучающий программист. А может быть… дальше ей думать не хотелось.
Тагир ответил грустной улыбкой.
– И вам тоже пора. Всем пора, у всех вдруг не остается времени, чтобы поговорить… Если вам и вправду надо идти – идите. Не буду вам мешать.
Стася уже почти нажала кнопку выхода из чата, но… Чему он может помешать? Одинокому завтраку? Созерцанию телевизора? Тишине и пустоте? Чему?
– Как? Вы еще здесь?
Настя сама не заметила, что сидит окаменевшим изваянием уже несколько минут.
«Да, я еще здесь. Еще здесь… Надо уходить, но…» Но в конце концов, что ей терять? Чем ей заняться?
– Так… – Чат не позволяет увидеть, улыбается ли он, или хмурится, или и то и другое одновременно. – Значит, все таки решили остаться… Я рад.
– Рады?
– Конечно. Такая редкость – начитанный собеседник. – Он явно намекал на ночной разговор. – Мы с вами провели немного времени в новогоднюю ночь, но так и не подняли ни одного тоста. Надо восстановить справедливость.
– Тосты с утра? – улыбнулась Настя. – Экстравагантно. |