– У неё ничего нет, – заключил он.

Его спутник плюнул на девушку и ещё раз от души пнул ногой.

И тут увидел меня. Схватив приятеля за ворот, он вздёрнул его на ноги. Они смотрели на меня, на мою тележку, на мою еду. Тот, что лапал девушку, вынул нож. У меня замерло сердце. При мне тоже был нож, но я бы не выиграл бой ни с одним из них. «Я потеряю всё», – подумал я в отчаянии, но тут же понял, что у меня за спиной кто-то стоит.

Мужчины смотрели мне через плечо. Они притормозили, вздрогнули и бросились прочь из прохода, к дневному свету. Том хлопнул меня по спине и положил мешок с овсом обратно в тележку. Рубашка у Тома была порвана, а щека расцарапана. К счастью, воров больше заботили габариты Тома, чем страх в его глазах. Мне хотелось обнять его. Но сейчас первым делом следовало решить, как быть дальше.

Мужчины бросили девушку, и она лежала на земле, лицом вниз, постанывая от боли. Мы с Томом обменялись взглядами. На один короткий миг в глазах друг друга мы прочли одно и то же решение: бежать. Судя по лицу Тома, ему было так же стыдно, как и мне. Тем не менее нам следовало соблюдать осторожность.

Мы с Томом подтолкнули тележку вперёд, остановившись в шести футах от девушки – мы не осмеливались подойти ближе, не осмотрев её кожу. Я узнал платье и вьющиеся волосы. Та самая девчонка, что следила за нами.

– С тобой всё в порядке? – спросил я.

Девушка пыталась подняться, но не могла. Она подползла к краю прохода и привалилась к стене, волосы упали ей на лицо. Я впился взглядом в её шею, но не увидел никаких пустул, красных пятен и отметин. Девушка тяжело дышала, и у неё явно болел живот, но это объяснялось побоями. Я был почти уверен, что она не больна. Немного успокоившись, я присел рядом с ней. Девушка попыталась выпрямиться, но тут же сдалась и облокотилась на стену. Волосы соскользнули с лица. Она была миниатюрной, и я полагал, что она совсем ребёнок, но теперь увидел, что девушка старше, чем мне показалось вначале – лет двенадцати или тринадцати, пожалуй. У неё были большие зелёные глаза и слегка вздёрнутый носик, припорошенный пылью веснушек. Теперь, рассмотрев девушку как следует, я изумился.

Я знал её.

Глава 6

– Салли? – спросил я.

Салли из Криплгейтского приюта – того же, в котором рос я, пока мастер Бенедикт не дал мне кров. Поскольку воспитатели в Криплгейте размещали девочек отдельно от мальчиков, я толком не знал её. Но я помогал сёстрам милосердия ухаживать за Салли однажды зимой, когда она болела лихорадкой. А потом встретил снова – несколько месяцев назад, в День королевского дуба; в тот раз она помогла мне отомстить врагу моего учителя.

Салли одарила меня кривой улыбкой. Зубы у неё были в крови.

– Привет, Кристофер.

Том в тревоге отступил, но кровотечение не было знаком болезни – только побоев.

– Отведём её домой, – сказал я.

Видя мою уверенность, Том наклонился, чтобы поднять девушку. Она сплюнула кровь.

– Я могу идти.

Салли снова попыталась встать. Ей почти удалось подняться на ноги, но тут же взгляд помутнел, колени подогнулись, и Салли упала, ударившись щекой о стену.

– Ох, – сказала она и на сей раз не протестовала, когда Том подхватил её на руки.

Он поднял девушку так же легко, как спасённый мешок с овсом. Салли была на полфута ниже меня и наполовину худее и весила, вероятно, немногим больше этого мешка.

Со всей возможной скоростью мы устремились домой. Салли вздрагивала и постанывала при каждом шаге Тома, но прямо сейчас мы ничего не могли поделать, чтобы облегчить её боль. Учитывая драку, нам нужно было как можно быстрее оставить здание Королевской биржи позади.