Дверь лазарета была распахнута. Джулия перешагнула через лежащего на пороге мужчину во фраке и вошла в приемную. В свете фонарика они увидели несколько письменных столов и шкафчиков для хранения. На стенах висели плакаты, знак, го­воривший о пользе мытья рук в борьбе с инфекцией, и дощечка, подтверждавшая, что некий доктор Говард Пассман окончил Лидский университет.

Хаксли заглянула в прилегающий смотровой кабинет — тот оказался пустым. Дверь в дальнем конце комнаты вела в пала­ты для больных, являвшиеся на деле отгороженными шторами койки с тумбочками. На полу лежали еще два тела: юная де­вушка в обтягивающем черном платье и мужчина средних лет в купальном халате. Как и все остальные, оба лежали в лужах собственной крови.

— Думаешь, это и есть доктор? — поинтересовался Эдди.

— Наверняка. Видно, вирус поразил его в каюте, и он стрем­глав кинулся сюда.

— Но опоздал.

— Никто не успел бы. — Джулия завертела головой. — Ты это слышал?

— В этом проклятом костюме я слышу только собственное дыхание!

— Будто бы насос… — Она отдернула шторку у одной из коек, та была аккуратно заправлена.

Джулия перешла к следующей. Рядом с ней стоял кисло­родный аппарат на батареях, такие используются при пробле­мах с дыханием. Пластиковые трубочки вели под покрывало.

Джулия посветила фонариком на койку. Кто-то лежал на ней, с головой спрятавшись под одеяло.

Она бросилась к кровати.

— Здесь выживший!

Хаксли сдернула покрывало. Девушка под ним крепко спа­ла, из ноздрей торчали кислородные канюли. Темные волосы стелились по подушке, обрамляя бледное личико с изящными чертами. Она была худа как щепка, руки у нее были длинные, а плечики узенькие. Под футболкой торчали ключицы.

Вдруг она открыла глаза и закричала при виде склонивших­ся над ней людей в скафандрах.

— Не бойся, я врач. Мы пришли спасти тебя.

Приглушенный голос Джулии не сильно успокоил бедняж­ку, и с широко распахнутыми от страха глазами она отстрани­лась, пытаясь закрыться от них одеялом.

— Меня зовут Джулия. Это Эдди. Мы поможем тебе. Как тебя зовут?

— Вы… вы кто? — заикаясь, спросила девушка.

— Я доктор, мы с другого корабля. Ты не знаешь, что тут произошло?

— Вчера тут была вечеринка…

Она смолкла. Очевидно, у нее был шок. Джулия повернулась к Сэну.

— Давай еще защитный костюм. Мы не можем отключить ее от аппарата, пока не наденем его на нее.

— Это еще почему? — Эдди уже разворачивал костюм.

— Думаю, потому-то она одна и выжила. Видно, вирус рас­пространялся воздушным путем, а она его не вдыхала, так как дышала кислородом из аппарата. — Джулия перевела взгляд обратно на девушку. Ей было около двадцати, должно быть, путешествовала с семьей или работала на судне. — Скажи, как зовут тебя, солнышко?

— Джани Даль. Просто Джани.

Джулия присела на край кровати, светя фонариком, чтобы Джани могла разглядеть ее лицо. Джани кивнула.

— Супер. Я Джулия.

— Вы из Америки?

Хаксли только открыла рот, готовясь ответить, как вдруг громкий звук наполнил палату.

Вслед за ним прогремел и второй взрыв, уже ближе. Джани вскрикнула и спряталась под одеяло.

— Нужно сваливать, — заорал Эдди, — сейчас же!

Еще два взрыва потрясли «Золотой рассвет». Один из заря­дов взорвался совсем рядом с лазаретом, сбив Сэна с ног.