|
Она не сразу ответила, и между ними повисло тяжелое молчание. Лицо у Брюса потемнело, и по его выражению было видно, что он разгадал ее мысли. Джейни попыталась смягчить отказ. — Такие прогулки уже не для меня… с тех пор, — она подыскивала слово, — с тех пор, как у нас все случилось. Мне и самой хотелось бы пойти, но я так давно не была на людях! По-моему, я боюсь лишиться какого-то равновесия. — Понимаю, — сказал он. Он тепло взглянул на нее, и в глазах у него читалось: «Не бойся меня». Больше он не добавил ни слова. Не давил и не уговаривал, только так, взглядом, и дал понять, что принимает все как есть. Она смотрела ему в глаза, отыскивая причину держаться от него подальше. Но причины, которая была понятна ей самой, не нашлось. — Какого черта, — решительно заявила Джейни, будто кидаясь в омут. — Согласна. Во сколько? — Я заеду за тобой в семь. — Он улыбнулся. — Я закажу столик заранее. — Отлично, — сказала она как раз в ту секунду, когда появилась Кэролайн. — Тогда до встречи. Они попрощались и разошлись в разные стороны. * * * Время прошло незаметно, и, когда в тот вечер зазвонил телефон, звонок застал ее врасплох. Джейни невольно занервничала и, чтобы успокоиться, бросила на себя взгляд в зеркало у двери. Ей самой было странно, что вдруг ей захотелось хорошо выглядеть, и она подумала об этом, чего не случалось с начала Вспышки. То, что она увидела в зеркале, ей понравилось. В сорок пять она сохранила стройность, в большей степени потому, что с тех пор неистово занималась бегом — только так она и давала выход той боли и гневу, которые поселились у нее в душе. В темных каштановых волосах лишь кое-где блестела седина, и, коснувшись серебряной пряди, она не в первый раз подумала, что неплохо бы ее закрасить. Лицо было чистое, почти без морщин — учитывая, что ей пришлось пережить, это было почти чудом, — и только в углах рта и между бровей залегли легкие складки. Джейни нахмурилась, и морщины на лбу стали глубже. Улыбнулась, и они разгладились, зато стали резче у рта. «Не одно, так другое», — расстроенно подумала Джейни. Главным ее достоянием, как считала она сама, были ноги, красивой формы, крепкие от ежедневных пробежек. Юбку она надела короткую, выше колен, чтобы ноги были хорошо видны, а небольшой каблук подчеркивал рост. Ей нравился ее рост, нравилось быть высокой — так она смотрела на жизнь с высоты, доступной чаще только мужчинам, и это доставляло удовольствие. Она сделала, что смогла, учитывая имеющееся под рукой, и осталась удовлетворена осмотром. Единственное, что ей не удалось, это избавиться от затаившейся во взгляде глубокой печали. Ее было не скрыть макияжем. * * * — Выглядишь потрясающе, — сказал Брюс. — Даже лучше, чем двадцать лет назад, насколько я помню. — Спасибо, — улыбнулась Джейни. — Возвращаю комплимент: я все еще глазам не верю, до чего же ты молодой. — Видимо, хорошо сохранился в холодном британском климате, — съязвил Брюс. — Кстати о климате: сегодня на удивление теплый вечер. Ресторан недалеко. Возьмем такси? Или пешком? — Конечно пешком, — ответила Джейни. — С тех пор как я здесь, чувствую себя квашня квашней. Дома я каждый день пробегаю три мили, и здесь очень этого не хватает. — Тогда вперед, — сказал он, подставляя локоть. |
