|
— Я надеялся услышать именно это. Он улыбнулся, потрепал ее по плечу и подвел к дверям ресторана. В ресторане пахло кардамоном и фенхелем, и мягкие переборы ситара где-то в глубине дополняли индийскую обстановку. По стенам висели разноцветные, по черному бархату, вышивки — слоны, птицы, Будды — в знакомом восточном стиле. Заказав полбутылки красного вина, от которого стало тепло и спокойно, они сидели, рассказывали друг другу о своей жизни, удивляясь, насколько она была у них разной. Еда оказалась на вкус не хуже, чем можно было судить по запаху, и Джейни, неожиданно для себя, ела с большим удовольствием. — Ни разу еще здесь так не объедалась, — объявила она, свернув и положив на стол салфетку. — Того и гляди, лопну. — Тогда еще разок пройдемся, — предложил Брюс. — Хорошая мысль. В этот раз они пошли другой дорогой и вскоре попали в жилой район, где не было ни одной торговой вывески. Брюс вел уверенно, без колебаний решая, куда свернуть, и Джейни показалось, что он придумал какой-то сюрприз. Подозрения ее подтвердились, когда Брюс остановился перед белым кирпичным домом с очень славным небольшим палисадником. — Вот, — сказал он, показывая на дом. — Здесь я и живу. Джейни стало не по себе. — Очень симпатичный, — сказала она и подумала, уж не ждет ли он, чтобы она спросила: «А как внутри?» Чтобы и мысли такой не возникало, она повернулась и с откровенным любопытством принялась разглядывать соседние дома. — Здесь очень мило. — И очень тихо, — сказал он. — Собаки кое-где лают, но в целом очень спокойно. Они оба замолчали, и Джейни успела выдвинуть к себе список претензий, от которых ее психотерапевт ударился бы в слезы. «Мне сорок пять лет, я взрослая женщина. Я стою возле дома человека, который мало того, что прекрасно ко мне относится, но и сам прекрасный человек. Я могу войти и отлично здесь провести время и, быть может, немного выпустить пар. Или ехать назад в гостиницу». Они заговорили одновременно. — Знаешь ли ты, сколько времени… — сказала Джейни в ту самую секунду, когда Брюс спросил: — Не хочешь ли войти… Получилось хором, а потом Джейни сказала: — Мне ужасно хочется посмотреть, но мы уезжаем рано утром… А Брюс сказал: — Конечно, я так и думал. Ты, должно быть, страшно устала… И опять получилось хором, отчего они расхохотались, превратив ситуацию в шутку. Брюс взглянул на часы: — Почти одиннадцать. Давай пройдем до угла. Там поймаем тебе такси. — Отличная мысль, — сказала Джейни, чувствуя, как кровь прилила к щекам. — Мне действительно нужно перед завтрашним днем хорошенько выспаться. Выбравшись из такси возле своей гостиницы, она думала о чем угодно, только не о сне. Она быстро поднялась к себе наверх, переоделась в спортивный костюм. Снова вышла на улицу и устроила себе такую пробежку, что пот полился градом и сердце колотилось, будто вот-вот выпрыгнет из груди. В час ночи она вошла в ванную и включила душ на полную мощность, как истая американка. Вода обжигала разгоряченную кожу, будто калеными иголками. Очистившись, по крайней мере на время, от мелких бесов, смыв с себя грех лености, она вытерлась и голышом шмыгнула под простыню, закрыла глаза и уснула в первый раз без сновидений. |
