Половина обеда прошла в молчании, а потом я будто случайно пожаловалась, что никак не могу разобраться с движением тел, а сессия на носу…

— Хочешь, помогу?

Так просто? Марра, так не бывает? А как же долгие военные манёвры? Всего две недели обхаживаю — а уже результат.

— Спасибо, я в библиотеке посижу, разберусь.

Правильно, Агния, нельзя показывать, что довольная, как попавший в лазарет вампир. А то догадается, сорвётся.

— Там сложно, тонкости есть. И в сдаче экзамена тоже.

Так настойчиво предлагает, что подозрительно.

— У тебя же занятия, зачем с малолеткой возиться? Если что, с одноклассниками кружком соберёмся, обмозгуем.

— Да чем им мозговать! — высокомерно хмыкнул некромант. — Но дело твоё. Не навязываюсь.

Так, балансирую на опасной черте. Сейчас обидится, замкнётся — и всё, проиграла. Поэтому нужно намекнуть, что я не колючая, а просто самостоятельная. Но не принципиальная.

— Значит, если наш коллективный разум падёт, то придём к тебе бить челом, — рассмеялась я. — Смотри, ты обещал!

Магнус, прищурившись, глянул на меня. Я ответила приветливой улыбкой, пообещав, что если вдруг припашу его, то отблагодарю коврижками:

— Сама пеку. С орехами и изюмом.

То, что для Ксержика, добавлять не стала. Любит некромант сладенькое, поэтому добавляю и мёд, и патоку, и корицу, чтобы потом наблюдать за тем, как стремительно пустеет тарелка. То, что Ксержик съест всё, если вовремя не отобрать, давно известно. И как только у него заворот кишок от сладкого не случился? Тьфу-тьфу-тьфу, конечно, потому что я ему долгой жизни желаю. Сколько там маги небо коптят? Спросить, что ли?

— А почему ты пропал? Ну, тогда, после чаепития, — хлебнула чаю и принялась буравить взглядом собеседника, а то он готов был снова пропасть в пучине знаний.

Мельком глянула на девчонок — завидуют и не верят. Даже жаль, что учиться в Школе дальше не буду — такую репутацию заработала!

— Потому что, — лаконично ответил Магнус, а потом огорошил: — Почему сразу не сказала, что ты Ксержик?

Понятно, решил, что мы с отцом любовники, и затихарился. А теперь выяснил, что просто родственники, и заново ухаживания начал.

— Потому что не Ксержик, а Выжга, — пожала плечами. — Сходи, по спискам проверь.

Сама себе поразилась: с таким равнодушием произнесла фамилию бывшего мужа. Моя девичья, к слову, такая, что даже бесплатно вернуть бы не захотела — Забейка.

Это ещё что! У нас в деревне есть Нетопырь, Сорвиухо и Пнуня. Вот уж раздолье для ребятишек! Язык сам чешется подразнить.

А мама в девичестве — Рябая. Тоже не подарок судьбы. А всё потому, что крестьянские фамилии все от прозвищ. Рябым, к слову, вроде, мой прадед был, а вот кого или что родня отчима забивала — загадка.

Магнус пожевал губы, уткнулся в книгу и оттуда буркнул:

— А слухи — это правда?

— Какие? — на всякий случай уточнила, хотя догадывалась. Несомненно, проживание в одном доме с Ксержиком наводило на мысли. Но, вместе с тем, они с Маргаритой обручились, а я никуда не делась, прекрасно с ректором общалась. Какой делаем вывод? Что не любовница.

— Что вы родня.

Подтвердила, решив не вдаваться в подробности.

Некромант оценивающе глянул, будто видел впервые, и констатировал наличия сходства. Какого: физического или энергетического, — он не уточнил, а я не стала спрашивать.

Когда я постучалась в кабинет ректора, Маргарита была занята и велела обождать в коридоре. Несмотря на беременность, она продолжала исполнять прежний круг обязанностей, кружась белкой в колесе. 'Интересное положение' никак внешне себя не проявляло, разве что на столе у ректора появилась какая-то бутылочка с микстурой, и одевалась она чуть теплее обычного.