Некромант молчал. Насупившись, он чертил носком сапога фигуры на снегу.

— А насчёт не нравишься… Нравишься, но не так, как хочешь. Вот что, приходи завтра к нам, я сметанник испеку? — я улыбнулась и тронула Магнуса за плечо. Тот дёрнулся, отмахнулся. — Да что ты дуешься! Вдруг ещё как надо понравишься?

Верно закинула удочку: некромант немного просветлел, согласился, что поторопился с действиями и выводами, и заверил, что завтра непременно будет.

Вот и хорошо, а то он мне нужен. Побуду немного корыстной. Хотя, не покривила ведь душой: Магнус — парень интересный, многие девчонки сохнут. А я первая, наверное, которая отказала. Раздуюсь от гордости, словно жаба, и лопну.

Рассмеялась своим мыслям — и тут же получила нагоняй от Магнуса: от сильных колебаний в горах сходят лавины.

Глава 19

Судьба, оскалив зубы, улыбнулась…

NN

Свадебный подарок — всё же морока. Истратив почти все деньги на одежду Марицы — спасибо, её болезни лечили ведьмы из Школы, — решила, что лучше сделать что-то своими руками.

Лабораторную работу, к слову, сдала, а график умудрилась начертить сама после того, как сладкое трио из ректора, старшего преподавателя и ученика-пятигодника полночи промывало мне мозги на тему импульса движения в простейшей сущности — ею именовали воздух в стандартном состоянии.

Да, сомневаюсь, что где-то наблюдалось ещё такое единение обучающего и обучаемого состава: склонившись над одним столом, соприкасаясь локтями, они, перебивая друг друга, пихали шкодливого котёнка в лужу его беспросветной тупости. Котёнок, то есть я, зевал в кулак и молил не мучить, всё равно этот вопрос шёл со звёздочкой, на балл выше шести. Мне же хватало и пяти.

— Не позорь меня, включи голову, — Ксержик в который раз движением руки стирал записи с пергамента и вручал перо в руки. — Это же легко, строится по формуле. Просто берёшь коэффициент сопротивления и…

— Ставь мне 'единицу' и отпусти, а? — молила я. — Всё равно не пойму. Из теории только виды энергии знаю.

Вот зачем ляпнула? Вмешалась Маргарита. Её мучила бессонница, отчёты она проверила, с Ксержиком повозилась и теперь в лёгком халатике поверх сорочки пыталась довести мой мозг до кипения.

Магнус в тот день ночевал у нас: засиделся, а Алоис (теперь постоянно звала Ксержика по имени) выгонять не стал, припахал готовить меня к экзаменам. Два я уже сдала, на приличные отметки, три ещё оставались. И парочка зачётов по практическим дисциплинам. Странно, но их я боялась меньше теоретических.

Я грызла гранит науки, Марица спала, а папаша с будущей мачехой уединились наверху. Звуками не смущали: не забывали скрадывающую шумы полусферу. И чтоб им после этого заснуть в объятиях друг друга? Нет же, Ксержика на кухню воды выпить принесло! А тут билет об импульсах… Стоит ли говорить, что Маргарита замёрзла без жениха под боком? И тоже объявилась в узилище моей скорби.

В ту ночь резко захотелось на кухню, к детям и чему там ещё? Но, увы, я и так была на кухне, при дочери, так что бежать было некуда, оставалось учиться. И невероятным усилием воли я поняла, чего от меня хотели.

— Ну вот, в Академию дур не берут, — удовлетворённо хмыкнул Ксержик и покосился в окно, на луну. — Самое некромантское время. Магнус, потренироваться не хочешь? Тут, кажется, мелочь какая-то объявилась, падальщик.

Магнус, мечтавший совсем о другом, с тоской сделал шаг к двери, но был остановлен смешком Алоиса:

— Сиди уж! А лучше лежи. Агния, устрой гостя и сама на боковую. Завтра спи, завтрак сами сготовим.