— У меня сейчас есть взрослый, но молодой, карликовый крокодил. Он может жить на суше, выслеживать добычу, а может покатать тебя по реке, возможно, может и охранять. Пойдем, попробуем, сможешь ли ты им управлять.

Когда я его увидела — маленький, длиной всего около метра, с чешуйчатой ярко-зеленой кожей, алой пастью в обрамлении белоснежных клыков, яркий, как игрушка! Я замерла с восхищением, а потом, непроизвольно, не сдержав эмоций, подпрыгнув, взвизгнула от восторга.

Мастер, узнав, что у меня нет никакого ментального опыта, но я импульсивник, объяснил, что я должна отрешиться от всех посторонних мыслей, сосредоточиться на крокодиле и мысленно отдать приказ. Результат превзошел все мои ожидания. Послала крокодильчику импульс с приказом закрыть глаза — он закрыл глаза, лечь — лег, встать — встал, идти ко мне — подбежал. Во, класс!

Объяснив мне, что мой крокодил исключительно плотоядное животное и кормить его надо мясом или рыбой, один раз в день, или отпустить на самостоятельную охоту, мы довольные друг другом расстались.

Своего крокодильчика я назвала — Кроки. И стала с ним неразлучна. По утрам, во время моей тренировки, я отпускала его поплавать в рядом протекавшей реке и как следует подкрепиться рыбой, тритонами, лягушками, посылая приказ вернуться ко мне, как только он насытится. Во время занятий с Учителем приказывала ему ждать, оставляя в саду Пионарэля, где он и спал в тенечке целый день. Вечером, в саду Адаминэля, приказывала охранять дом.

С появлением у меня Кроки и успехами в Целительстве, отношение ко мне окружающих еще немного улучшилось. Теперь со мной стали иногда здороваться на улице, даже кое-кто интересовался, как мои дела!

И только с женской частью города у меня отношения, к сожалению, так и не складывались. Как объяснил мне Адаминэль, эльфийки, в большинстве своем, освобождены от тяжелого труда и, поэтому, у них много свободного времени. Это время они тратят на то, что часто и регулярно встречаются друг с другом, в единственном общественном месте города — Королевском Парке, который находится позади Королевской Резиденции. Там, в большом павильоне-беседке, они обмениваются новостями. Обсуждают происходящие события, одобряют или осуждают те или иные поступки сородичей. Первыми замечают возникающие общественные проблемы и думают, как лучше их решить. Согласовывают друг с другом тактические и стратегические задачи, и влияют на поведение мужчин. Один раз в неделю эти собрания посещает Королева, и они делятся с ней своими умозаключениями.

— Так значит у вас матриархат — власть в руках женщин? — с удивлением выслушав Адаминэля, уточнила я.

— Нет, — возмущенно возразил он, — это какая-то крайность. Мужчины высказывают свое мнение и отстаивают его. Да и в Совете Старейшин большинство мужчин, хоть и руководит им Королева.

Мне, чтобы оценить это положение дел и сделать собственные выводы, да и чтобы как-то наладить контакт с эльфийками, надо было бы ходить на эти собрания, хоть иногда. И Миланиэль это советует. Но у меня нет на это ни времени, ни душевных сил. Совсем! Либо женские собрания, либо Целительство. И я, конечно, выбрала второе.

В один из вечеров, после ужина, Адаминэль посадил меня к себе на колени и, нежно прижимая к груди, с грустью заглядывая в глаза, сказал:

— Еваниэль, я так скучаю, совсем тебя не вижу, ты целыми днями занята.

— Ты не должен обижаться, я всегда о тебе помню, а то, что мало видимся, это временно, Учитель говорит, что уже скоро я буду учиться не целый день, а только полдня, после сиесты, — я примирительно потеребила острый кончик его уха.

Он, подпрыгнув вместе со мной, удивленно посмотрел:

— Ты что делаешь?

— А что я сделала? — не поняла я такой его реакции.