— Хорошо, — мрачно смирился он.

Пока шли, я, как всегда в его присутствии, с наслаждением принюхивалась к его запаху, испытывала волнение в груди, томление внизу живота. И поймала себя на мечтательном желании прижаться к этому сильному, надежному мужчине, спрятаться в его объятьях, позволив ему решить все мои проблемы. Понятно, почему эти эльфийки от него без ума. Но нет, это слабость, которую я не могу себе позволить.

Миланиэль встретила меня приветливо, и я, не теряя времени, пересказала ей утренний инцидент.

Выслушав, она сказала задумчиво:

— Я ничего об этом не знаю. Но видимо с этим связано такое настороженное отношение к тебе со стороны наших женщин. Возможно, в моем присутствии этот вопрос не обсуждался из-за того, что все знают о нашей с тобой дружбе. По поводу Эдмунизэля их подозрения, конечно, глупость. Но вот что касается Пионарэля, между вами действительно ничего такого нет?

— Я восхищаюсь им, как Целителем, и уважаю, как Учителя. И это все. Но если бы и было что-то большее, разве кто-то может мне это запретить?

— Конечно, нет, запретить никто не может. Но, когда ревность застилает глаза и охватывает все чувства и мысли, отыскиваются самые изощренные пути навредить сопернице и устранить ее.

— Но мне казалось, что я не давала никакого повода для ревности, — с отчаянием ответила я. Вот уж откуда не ждала неприятностей, мне и без этого бесконечно трудно.

— Как сказать. Мне самой очень нравится Пионарэль, но я не показываю ему этого, считая, что вы увлечены друг другом. Он никогда никому не уделял столько времени и внимания как тебе. А ты далеко не первый его ученик.

— О-о-о! Какой ужас! Даже ты не увидела очевидного! — возмущенно выдохнула я, с раздражением дернув себя за косу. — Но все объясняется очень просто, и лежит на поверхности. В отличие от других его учеников, у меня есть знания, которыми я могу поделиться с ним, а ему это интересно. Так что вперед, на завоевание Пионарэля. Я всегда помогу тебе в этом, если представится возможность.

— Спасибо, я воспользуюсь этим, — неожиданно серьезно ответила она.

— Короче, что мне делать? — я все-таки хотела получить совет от Миланиэль, которая ориентируется в местных традициях и менталитете, и гораздо лучше меня понимает, что происходит.

— Тебе ничего. А я постараюсь убедить недовольных женщин, что Эдмунизэль охраняет тебя, как иномирянку, возможно, попавшую к нам не случайно, обладающую полезными для нас знаниями. А Пионарэль эти знания из тебя выкачивает. Годится?

— Да, отлично! Тем более, что это правда! Миланиэль, а ты можешь объяснить, почему меня ревнуют к Пионарэлю и Эдмунизэлю, но не ревнуют к Адаминэлю, в доме которого я живу, и который уделяет мне гораздо больше внимания, не скрывая своей симпатии?

— Адаминэль отличный парень, но он еще так юн, что не может восприниматься всерьез ни одной женщиной. Он, пока еще, играет в жизнь взрослого мужчины, а не живет, как взрослый, ответственный за свои слова и поступки, с пониманием, как эти поступки отразятся в будущем. Вот, например, при встрече с тобой, он столько тебе разболтал наших секретов. А вдруг бы ты оказалась врагом?

— Ясно. Спасибо тебе, — искренне поблагодарила я Миланиэль за разъяснения и желание помочь.

На этом мы распрощались.

Эдмунизэль, как и обещал, ждал меня. Увидев, пристально заглянул мне в глаза, с заметным беспокойством, чем удивил, я-то считала его самым непроницаемым эльфом. Он сразу стал выяснять:

— Ты получила хороший совет? Проблема решена?

Неуверенно пожала плечами:

— Не знаю.