Но первым её заметил Леонид.

— Вон она. — объявил он, вжавшись в окуляры бинокля.

Но я, даже прищурившись, ничего не увидел. Закатное солнце слепило глаза, уводя в линию простирающиеся до самого горизонта бесчисленные серые многоэтажки.

— Левее потихоньку бери. Скажу когда хватит. — скомандовал он, так же не отрываясь от бинокля.

Я послушно поправил штурвал, направляя машину на нужный курс.

Почувствовав манёвры, в кабину протиснулся Андрей.

— Что, нашли ориентир? — спросил он.

— Типа того, километров двадцать примерно. — ответил Леонид, и передав бинокль Андрею, посоветовал — вон, посмотри.

— А ты уверен что это именно та вышка? — с сомнением протянул тот, прикладываясь к биноклю.

— Других не видно. Да и седой говорил что она одна в этом районе... Попробуй по карте свериться.

— Понятненько... Не вызывал ещё?

— Нет. Пока только настроил, сейчас попробую.

Аварийная частота существовала для тех случаев, когда по каким-то причинам связаться обычным способом невозможно, и для этой цели существовали закрепленные за конкретными людьми, или группами, пароли и позывные. У седого позывной был «Абхаз», а пароль «Система». Во всяком случае так он сказал. У Славика не было не позывного, ни пароля. Находясь в отряде на птичьих правах, он не успел заслужить должного доверия.

Поэтому, выставив нужную частоту, Леонид принялся монотонно вызывать базу охотников от имени пока не очнувшегося седого.

— Приём. База, приём. Это Абхаз. Ответьте Абхазу. Приём — бормотал он, прижимая микрофон к подбородку.

Дальностью связи в городе мало кто мог похвастать, мешали многочисленные постройки, но охотники вполне могли использовать ретрансляционную вышку, которую я смог наконец рассмотреть, и подкорректировать курс.

— Молчат? — нетерпеливо топчущийся в дверях Андрей явно переживал. Это было видно как по выражению лица, так и по неестественным в обычном состоянии жестам.

— Ага. Не хотят говорить... — Леонид отвлекся на секунду, чтобы ответить, и тут же продолжил бубнить дальше.

Вышка тем временем становилась всё отчетливее. Судя по карте, база охотников находилась где-то правее, и учитывая серьёзную вероятность получить очередь в брюхо, приближаться к ней я не хотел.

Сядем на взгорке, да подождём, сами придут, — это если не свяжемся конечно. Ну а если удастся наладить связь, то там уже как-то договоримся.

По мере приближения я снижался, и когда до вышки оставалось каких-то пара километров, шёл уже почти «по крышам».

— Молчат. — Леонид оторвался от рации, берясь за штурвал. Он хорошо помнил что при внештатной ситуации помощь второго пилота будет необходима.

Многократно подросшая вышка быстро приближалась, и я уже подыскивал подходящее для посадки место. Как мы и предполагали, снега на склонах горы было немного. Местами просвечивающая земля придавала оптимизма, и посадка уже не казалась мне чем-то нехорошим. Конечно, не всё так просто, как хотелось бы, но я надеялся что моих навыков хватит.

Главное видимость нормальная, так-то солнце ещё не село, но уже легло на горизонт. Пройдясь над вышкой я как мог внимательно осмотрелся, и не заметив ничего подозрительного, повёл самолёт на снижение.

Сели идеально. Небольшой уклон погасил касание, и проехав до самого низа, машина остановилась.

— Я аж вспотел. — не отпуская штурвала, сообщил Леонид.

— Десантируемся? — заглянул Андрей.

Кивнув, я убавил обороты двигателя.