Высокий кучерявый брюнет в спортивном костюме и тапочках, он зашёл в комнату, и протянув руку, представился,

— Викентий!

Мы поднялись, и обменявшись рукопожатиями, так и остались стоять.

— Ты уже поблагодарила наших гостей, Камилла? — обратился он к женщине.

— Конечно. — натянуто улыбнулась та, накидывая на себя маску добродушности, — Только они почему-то не верят. Думают что мы хотим отобрать их самолёт.

— Ну... как бы... — протянул он, — по сути, они имеют все основания так думать. Тебе не стоит обижаться, Камилла. Тем более ты то знаешь что это не так.

— Знаю. Поэтому и обидно.

— Да ладно тебе. — отмахнулся он, — сказку же читала — гостя надо накормить, напоить, в баньке попарить, а потом уже и расспрашивать. А ты просто не с того начала.

— Ну да, ну да... — отвернулась женщина.

— Вам наверное интересно как тут у нас всё устроено? Может экскурсию до ужина? — переключился Викентий.

Мы согласно покивали. Экскурсия, это всегда хорошо, тем более нам действительно было интересно.

— Тогда пойдемте. — он приглашающе махнул рукой, — начнём, так сказать, с низов.

Проследовав за "экскурсоводом", мы спустились на первый этаж, а оттуда в подвал.

Высокие потолки, чистые, под метелку полы, побеленные стены. Везде освещение. Словно это и не подвал вовсе, а какой-то правительственный бункер.

Пройдя по длинному коридору метров двадцать, свернули направо, и несколько раз спустившись по ступеням, попали в ещё один коридор. По ощущениям, — это был подвал подвала. Уверено двигающийся Викентий то и дело показывал на различные агрегаты, на ходу рассказывая о их назначении. Щитовые, какие-то моторы, вентиляционные шахты, краны отопления, и многое другое.

Через некоторое время снова подъём, и вот мы стоим перед массивной металлической дверью. Достав из кармана пластиковую карточку, Викентий приложил её к сканирующему устройству, и тихонько пикнув, дверь приоткрылась, наполняя коридор монотонным гулом.

Мы прошли внутрь.

— Это ж котельная... — удивлённо присвистнул Леонид.

Множество переплетенных труб, вентилей, торчащие повсюду манометры. Чего тут только не было.

— Не только котельная. — услыхав его возглас, заговорил Викентий. — Это ещё и наша электростанция. Сейчас мы находимся перед бойлерной, за ней ещё несколько помещений.

— А чем же вы топите?

— Углём. — улыбнулся Викентий. — Неподалёку от города есть небольшое месторождение открытого типа, летом оттуда возим, ну а зимой топим. Элементарно.

— Так это сколько же его нужно?

— На самом деле не много. Уголь, это ведь не дрова, — горит медленнее, жара дает больше. У нас, на всё про всё, тонн десять, примерно, в месяц уходит.

— Всё равно не понятно как вы смогли это построить... Нереально... — с уважением глядя на Викентия, произнёс Леонид.

— Это точно... — подтвердил я.

Викентий улыбнулся.

— На самом деле нашей заслуги здесь нет. — сказал он.

— В смысле?

— В прямом. Мы всегда жили в этом городе, в этом доме. И все эти трубы, котлы и прочее всегда здесь было.

— Не понял. Это как?

— Наверное я не совсем точно выразился, — поспешил уточнить Викентий, поясняя, — в момент переноса, а это случилось шестьдесят три года назад, наши родители жили в этом доме.

— В смысле? — вновь повторил Леонид.

— В том самом смысле. Уснули в живом городе, а проснулись в мёртвом.