– Все в порядке?

– Спит как младенец.

И в этот момент Дадли счел нужным гавкнуть.

Медсестра непонимающе уставилась на меня, а я притворилась, будто чихаю.

– Вот это да, – покачала я головой. – От этой пыльцы спасения нет.

Прежде чем она успела ответить, я поспешила в палату Клэр и закрыла за собой дверь. Затем расстегнула сумку, и Дадли ракетой вылетел наружу. Бросившись нарезать круги по комнате, он едва не сшиб капельницу.

Собак не зря не пускают в больницу, но если Клэр хотелось пожить нормально, я должна была обеспечить ей нормальную жизнь. Схватив Дадли, я водрузила его на кровать, где он тут же принялся нюхать одеяло и лизать руку Клэр.

Она открыла глаза и, увидев собаку, впервые за долгое время улыбнулась.

– Ему же нельзя здесь находиться, – прошептала она, Погружая пальцы в густую шерсть на собачьем загривке.

– Донесешь?

Клэр, опираясь на обе руки, с трудом приподнялась и позволила псу умоститься у нее на коленях. Пока она почесывала у него за ушами, он пытался перегрызть провод, тянущийся из-под рубашки Клэр к кардиомонитору.

– Времени у нас мало, – быстро сказала я. – Кто-нибудь непременно…

В этот момент в палату вошла медсестра с цифровым термометром.

– Проснись и пой, малышка, – начала она, но тут заметила на кровати собаку. – Откуда здесь этот пес?!

Я посмотрела на Клэр, затем перевела взгляд на медсестру.

– Пришел в гости? – предложила я как вариант.

– Миссис Нилон, в этот корпус нельзя приводить даже служебных собак, если у вас нет справки от ветеринара. Должны быть сделаны все прививки, в стуле не должно быть паразитов…

– Я просто хотела порадовать Клэр. Клянусь, он не выйдет за пределы палаты.

– Даю вам пять минут, – сказала медсестра. – Но вы должны пообещать, что больше не будете приводить его до самой пересадки.

Клэр, мертвой хваткой вцепившаяся в собаку, удивленно подняла глаза.

– Пересадки? – повторила она. – Какой еще пересадки?

– Ну, теоретически… – попыталась выкрутиться я.

– Доктор By не назначает теоретических пересадок, – заметила медсестра.

– Мама? – Клэр заморгала от удивления. В ее голосе зазвучала дрожащая нотка.

Медсестра развернулась и уже в дверях сказала:

– Я начинаю отсчет.

– Это правда? – спросила Клэр. – Мне нашли сердце?

– Мы еще не уверены. Все не так просто…

– Никогда не бывает просто. Сколько уже сердец оказались не такими замечательными, как думал доктор By?

– Ну, это сердце… Оно еще не готово к трансплантации. Им еще, так сказать, пользуются.

Клэр засмеялась.

– И что ты собираешься делать? Убьешь кого-то?

Я не ответила.

– Она что, старая? Или больная? Как она вообще может быть донором, если она старая и больная?

– Солнышко, – сказала я, – нам просто нужно подождать, пока донора казнят.

Клэр не была дурой. Я видела, как она мысленно согласовывает новую информацию с тем, что слышала по телевизору. Пальцы ее еще крепче вцепились в Дадли.

– Ни за что, – тихо сказала она. – Я не приму сердце человека, который убил моего отца и сестру.

– Он хочет его тебе отдать. Он сам предложил.

– Это какое-то извращение, – сказала Клэр.