Вейланд с вызовом покачал головой. Лекси попробовала снова.

– Что бы здесь ни происходило, мы в этом не участвуем.

– Это моя находка! – воскликнул Вейланд. – И я ее не брошу!

Они впились взглядами друг в друга, но затем Лекси первой отвела глаза.

– Тогда позвольте мне его понести, – попросила она.

Лекси сняла рюкзак с его плеч и взвалила на свои. Затем обняла Вейланда за пояс и стала помогать ему идти.

– Я скажу Максу, что вам нужен отдых, – прошептала она.

Вейланд покачал головой:

– Сначала давайте отсюда выберемся.

Они прошли немного дальше, затем Максвелл остановил группу. Он пристально вглядывался в лежащие впереди тени. Наконец он поднял фонарик в тот самый момент, когда Хищник появился из тьмы.

– Бежим! – воскликнул Себастьян.

Все рассыпались по сторонам – все, кроме Максвелла Стаффорда, который упал на одно колено как раз на пути существа и открыл пистолетно-пулеметный огонь. Грохот в узком, тесном коридоре был оглушительным, а вспышки слепящими. На сей раз Лекси отвела глаза, сохраняя свое ночное зрение, а Себастьян, несмотря на рвущийся хаос, сумел различить мощно-мускулистую руку Хищника, когда она материализовалась в воздухе.

Через полсекунды после появления руки Себастьян заметил устройство, напоминающее черепаший панцирь и пристегнутое к запястью монстра.

Максвелл Стаффорд, ослепленный собственной пальбой, ни руки существа, ни необычного устройства на его запястье различить не сумел. Увидел он только металлическую сеть, которую швырнули ему в лицо.

Сеть ударила Максвелла, прежде чем у него появился шанс хоть как-то отреагировать, да еще с такой силой, что резко отшвырнула его назад. «Хеклер-и-кох» выпал у него из рук, когда Стаффорд попытался скинуть с себя металлический кокон. Но чем сильнее он бился, тем крепче затягивалась сеть. Максвелл опрокинулся на землю и забился там, бессильный, как пойманная неводом рыба.

Бритвенно-острые стальные нити врезались в его одежду, а потом в его плоть.

Дикие, страдальческие вопли Стаффорда резанули Вейланда подобно ножу. С мучительным стоном, в котором, как в зеркале, отражались крики Стаффорда, он упал на колени рядом с Максвеллом и вцепился в металлическую сеть.

– Сейчас мы тебя освободим!

Острые нити рвали руки Вейланда, пока они не стали липкими от крови. Тем не менее, он не сдавался. Кокон натянулся, и вопли Макса усилились, когда сеть еще глубже вгрызлась в его мышцы и кости.

– Назад! – крикнул Себастьян.

Он схватил Вейланда за плечи и отволок его оттуда. Затем Себастьян выхватил нож и разрезал сеть – вернее, попытался. Однако нити буквально искромсали нож, и обломки исковерканного титанового лезвия посыпались на пол.

– Не надо! – прохрипел Вейланд. – Проклятая ловушка затягивается еще крепче всякий раз, как ее касаешься.

Кровь скапливалась на каменных плитах, пока жуткое страдание притупляло разум Стаффорда. Отчаянно борясь за свою жизнь, он с трудом открыл глаза и тут же увидел за правым плечом Себастьяна мутное пятно – второго Хищника.

Губы Максвелла беззвучно зашевелились, а потом слово все-таки вылетело.

– Берегись…

Но хриплый шепот прозвучал слишком поздно.

Сбросив маскировку между Себастьяном и Вейландом, другой Хищник нанес удар мощной ногой. Когтистая лапа оглушила Вейланда, точно отбойный молоток, швыряя его на землю.

Теперь уже заметный, второй Хищник схватил Себастьяна за горло и оторвал его от пола. Тяжелым ботинком Себастьян пнул существо в брюхо, однако удар никакого эффекта не произвел.

Раскинув руки по сторонам, беззащитная добыча силилась вырваться из хватки Хищника. Тогда существо запрокинуло голову и испустило гортанный рев.