– Вы похитили сокровище тавров? – спросила я резко.

– У нас нет техники, подходящей драконам, – отозвался пард. – Пришлось одолжить у тавров. Но как только ты получишь необходимый минимум знаний, мы вернём прибор. Я сузила глаза.

– Мне не нравятся ваши методы, Керр.

– Нам тоже, – сказал он серьёзно. – Война не нравится никому, Хаятэ. Только всё равно приходится воевать. Тигр вздохнул.

– Наши специалисты уже разобрались с этим прибором и адаптировали первый общеобразовательный фильм. Пока ты будешь учиться, они подготовят и другие. Идём, Хаятэ.

– Куда? – спросила я подозрительно.

– В школу, – улыбнулся Керр.

Следущие шесть дней я вспоминать не люблю. С утра до ночи и с ночи до утра я сидела в мягком кресле – так называется особое сидение со спинкой – и «впитывала» новые знания, которыми парды пичкали несчастный аппарат тавров. У них, по-моему, получилось не сразу, потому что первую порцию – Керр называл её «фильм» – пришлось повторить три раза, и голова у меня после этого просто раскалывалась. Даже пришлось обмотать голову холодной тряпкой и полежать на «кровати», так звался мягкий сундук.

Керр и Ванаби, наверное по приказу Вэпхва, всё время находились рядом. Еду нам приносили, чтобы не отвлекать от учения, но сами парды оказались вовсе не такие выносливые, как я ожидала – очень быстро уставали, Ванаби и вовсе спала больше времени, чем бодрствовала. Ну точно кошка! А поскольку я, когда нужно, могу не спать две недели, то тигр и пантера отдыхали по-очереди, так что на мои вопросы всегда было кому отвечать. А вопросов после каждого «фильма» возникала целая куча! Ванаби объяснила, что за несколько дней невозможно подготовить «полноценную образовательную программу для дикого дракона», и многое будет упущено. Но всё равно, я получила столько знаний, что голова прямо распухла!

Я узнала, почему на небе два Солнца, и почему один оборот – это почти сорок сезонов. Узнала, что такое звезда, почему стреляет хаммер и что означает слово «батарея». Парды, наверно, уже проклинали день, когда согласились смотреть за несносной драконочкой. Утром пятого дня Керр сказал, что видел много одержимых, но по сравнению со мной все они просто пушистые. Другие парды – специалисты, готовившие фильмы – тоже работали с утра до вечера, сменяя один другого, чтобы успеть сделать следующую порцию, пока я впитываю предыдущую.

Большая часть информации касалась конкретных деталей о людях и их военной технике. Мне пришлось провести полдня в особом сидении, которое могло качаться и даже поворачиваться вниз рогами, а на глаза в это время одевают два экранчика, где точно так же крутится вид земли с воздуха. Эта штука называется тренажёр. Ванаби с ним долго возилась, настраивала экранчики, говорила что «очки» не рассчитаны на такие удивительные глаза, как мои, но как она не старалась, изображение в экранчиках мерцало и оставалось размытым. Только мне всё равно жутко понравилось! Не выходя из дома, можно ощутить себя в полёте, словно управляешь одной из летучих машин вроде самолёта-рокха. У меня, кстати, получилось с первого раза, парды даже не поверили и стали проверять, нормально ли работает тренажёр. Потом я сжалилась и объяснила, что крылатых не нужно обучать летать.

Вечером шестого дня Керр, Ванаби, Вэпхв и ещё четверо пардов, один из которых до сих пор носил на горле бинты после боя у водопада, устроили мне настоящее испытание, задавали множество вопросов и требовали объяснить, что я стану делать в разных ситуациях. Я легко на всё ответила; ещё дома Хакас хвалил меня за отличную память. На самом деле, я раньше даже не понимала, почему людям приходится по нескольку раз читать иероглифы, чтобы всё точно запомнить, и лишь теперь, когда я знаю о драконах, стало ясно.