Здесь не наблюдалось никаких присущих другим храмам лепных украшений и росписи, лишь напротив входа во всю стену красовалась громадная каменная голова льва. Причем, выполненная с такой искусностью, словно зверь был готов вот-вот ожить. Его распахнутая пасть с внушительными зубами служила вроде как выходом из комнаты.

– И это все? – опешила я, с недоумением оглядывая скудный интерьер. – Нужно просто зайти сюда и выйти? А где же обещанные 'будет очень сложно' и 'вам не выжить'?

– Сомневаюсь, что все так легко, – задумчиво отозвался Зехир. Подошел к каменной пасти, и та тут же с оглушительным треском захлопнулась, чудом не оттяпав ему руку.

Я готова была к чему угодно, но только не к тому, что последовало.

Каменные глаза льва засветились темно-бордовым. Причем, это был не обычный свет, каменная голова и вправду на нас смотрела! Тихонько взвыв от ужаса, я бочком-бочком и спряталась за спину Зехира. А тот лишь выдал с искренним интересом:

– Хм, забавно.

Как будто каждый день да по несколько раз сталкивался со зрячими статуями.

– Прррочь! – лев еще и заговорил. Оглушительно громко да с такой агрессией, словно готов был вот-вот кинуться на нас и растерзать. Я вообще бы не удивилась, если бы у каменной головы вдруг появилось продолжение в виде туловища. Даже закралась мысль, что храм Второго Рождения и есть это самое туловище. И вот-вот гигантский каменный лев, то есть храм, поднимется на лапы и убежит куда-нибудь в пустыню. Предварительно, конечно, нас проглотив.

– Смерррть! – прорычал он. – Смерррть ждет тех, кого не оберегает любовь! Прррочь!

– Мы не уйдем, – спокойно ответил Зехир. – Пропусти нас.

Я ждала, что лев захохочет или рявкнет еще что-нибудь столь же гостеприимное. Но он лишь распахнул пасть, вновь открывая проход. Горящие жутким огнем глаза не спешили гаснуть, неотрывно следя за нами.

– Пойдем, – Зехир обернулся ко мне.

– Куда? – пролепетала я. – Туда? Прямо в его пасть? Ты это сейчас серьезно?

– Ты передумала становиться человеком?

– Не передумала. Но я хочу быть живым человеком, а не съеденным каменным львом!

– Сария, такое бывает только в сказках, – Зехир не сдержал улыбки.

– Вообще-то говорящие каменные львы тоже родом оттуда же, – парировала я. – Мне-то умирать в любом случае. Хоть от зубов этого храмового стража, хоть от сожжения заживо. Но тебе-то зачем рисковать, Зехир? Неужели вернуть святилище семье для тебя дороже собственной жизни?

– Не дороже. Эта цель и есть моя жизнь. Отказаться от нее равнозначно умереть. И я не собираюсь сдаваться при первом же препятствии. Сария, мне, как и тебе, терять нечего.

Я вздохнула.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Но стоило сделать лишь шаг к каменной голове, как меня будто бы оглушило осознание.

– Подожди! – замерла я, прислушиваясь к накатившей вдруг уверенности. – Это смерть, Зехир... Это и вправду смерть...

Сняв перчатку, я протянула руку вперед, едва не касаясь ближайшего клыка. Клеймо предсказательницы засветилось, я едва слышно выдохнула:

– Влюбленные...

И тут же перед глазами замелькала одна и та же картина. Пусть пары были разными, но все происходило одинаково. Держась за руки, они проходили сквозь пасть каменного льва и исчезали в царящей там темноте.

Тряхнув головой, отгоняя видение, я убито прошептала:

– Ничего не выйдет.